Искусство и творчество, воображение и вдохновение – социальная сеть для творческих людей Сталкер. Зона Творчества
СОЦИАЛЬНАЯ СЕТЬ ДЛЯ ТВОРЧЕСКИХ ЛЮДЕЙ
 

ФЕРМА



ФЕРМА

Я застал деда на кухне за его любимым занятием – чисткой ружья. Он сидел у стола, на котором стояла большая кружка с дымящимся кофе, и сосредоточенно полировал ствол. Мне нравилось наблюдать за дедом, когда он работает, поэтому я уселся напротив, раскрыл книгу и принялся за чтение. Конечно, я только делал вид, что читаю, на самом деле я украдкой наблюдал за ним. Изредка дед аккуратно клал оружие и тряпку на стол и бесшумно отпивал из кружки, затем возвращался к своему занятию. Я знал - дед готовился к встрече с пришельцами.
 
*****
 
Дед называл ферму последним оплотом землян, потому что дома пришельцев подступили уже к самой изгороди. Дед ненавидел Дома до такой степени, что запретил даже говорить о них в его присутствии. А я, признаться, безлунными ночами частенько приходил к краю поля, чтоб вдоволь насмотреться на этих гигантов, сверкающих огнями и устремлённых в головокружительную высь. Я боготворил их. Я любил их. Я наслаждался их созерцанием. Я знал, что Дома напичканы нашими врагами, но не мог противостоять восхищению, которое захлёстывало меня каждый раз, стоило мне взглянуть на чудесные строения. Притяжение этих таинственных исполинов было столь велико, что меня словно магнитом вытягивало из тёплой постели. Я раз за разом шёл сюда, пригибаясь и оглядываясь, с замиранием сердца прислушиваясь к каждому шороху. Я садился в холодную траву и неотрывно смотрел на подсвеченные крыши, полированные, тускло отливающие металлом стены и полупрозрачные окна. Я пожирал глазами этих красавцев, и моей самой заветной мечтой стало – хоть разок побывать там, внутри. Но у деда были совсем другие планы…
 
Однажды ночью я ещё не успел улизнуть на улицу, когда ко мне в комнату зашёл дед. Обычно он так никогда не делал, но в ту ночь дед был чем-то слишком обеспокоен и раздосадован. Я крепко зажмурился, притворяясь спящим. Я надеялся, он скоро уйдёт, и я смогу пойти к моим Домам.
 
- Ты спишь?
 
Пока я обдумывал, что выгодней – отозваться или дальше притворяться спящим, дед похлопал меня по руке и сказал: «Вставай! Ты мне поможешь». Я нехотя поднялся.
 
- Быстрей! Чего ты копаешься? – прикрикнул дед, и я поспешил одеться.
 
Дед шагал через поле размашистой походкой, и свирепая решимость читалась во всей его фигуре. Я едва поспевал за ним, но его, похоже, это мало заботило. Он чуть помедлил лишь раз – перевёл дух – и тут же удвоил скорость. С замиранием сердца я увидел серебрящиеся в лунном свете высотки, и мне почудилось, что дед решил именно сейчас «разнести их в клочья», как он не раз грозился. Я заплакал. К счастью дед ничего не заметил.
 
Мы добрались до изгороди, отделяющей нашу ферму от Домов.
 
- Смотри, что я буду делать и повторяй, - дед принялся с ожесточением срывать жёлтые листки бумаги, развешенные через равные промежутки по всему забору. Он в клочья рвал их и бросал на землю – «Пусть поглядят, ЧТО я думаю об их предупреждении!»  Листы были такими яркими, хрустящими, так здорово пахли новенькой бумагой, что мне было жаль расправляться с ними, и я аккуратно складывал их вчетверо  и прятал в карман.
 
- Эй! Что ты творишь? – окликнул меня дед.
- Может, бумага ещё пригодится...
- Подтираться что ли? Давай рви! Не жалей!
 
Пришлось повиноваться. Часа через два со всеми листовками было покончено. Было заметно, что дед всё же устал. Он тяжело опустился на землю и лёг навзничь.
 
- Дедушка, тебе плохо? – я не на шутку испугался за деда.
- Нет, Алекс я просто устал...
- Срывать листовки?
- Не только... Устал воевать. Помнишь, в прошлом году приходили к нам вежливые люди – мужчина и женщина? Женщина ещё угостила тебя конфетами, которые я отобрал и выбросил.
 
Как не помнить – я тогда проплакал от обиды весь день. Не потому, что мне так уж хотелось конфет, а потому, что дед так жестоко распорядился тем, что подарили мне. Но я предпочёл ответить коротко: «Да, помню».
 
- Так вот, - дед вздохнул и, помолчав, добавил: Те пришельцы хотят разделаться с нами, как я с твоими конфетами.
- Как это, дедушка?
- А вот так. Чужаки судятся со мной уже два года – наша ферма мешает их строительству. Они говорят: «Бери деньги, старик. Пока мы добрые и платим тебе за твой клочок. Потом мы выкинем тебя отсюда бесплатно». Ублюдки! – дед погрозил Домам кулаком. – Клочок! Этим клочком владел мой отец – твой прадед. А до него мой дед, а до этого мой прадед. А ЭТИ свалились на мою землю, незнамо откуда и хотят распорядиться ею по-своему. Не бывать этому, пока я жив! – дед снова потряс кулаком, глядя на Дома.
- Что же мы будем делать, дедушка?
- А вот что… я придумал... Мы сделаем это вместе с тобой. Только не говори никому.
- Даже папе?
- Ему тем более. Его ещё ребёнком забрала в город мать – твоя бабка. Он никчемный городской прохвост. Он заодно с ЭТИМИ, - дед кивнул на дома чужаков – и нам с тобой не помощник. А ты вырос здесь. Ты дышал этим воздухом и питался тем, что даёт тебе наша земля. Ты выжил благодаря этой ферме. Земля заботилась о нас, теперь мы должны позаботиться о ней. Ферма не должна уйти к НИМ. Вот послушай меня, - дед опасливо оглянулся на Дома, будто они были живыми и могли нас услышать, потом нагнулся к самому моему уху и нашептал свой план. 
 
*****
 
Мне оставалось ещё совсем немного, и я остановился, чтоб передохнуть. Я забрался на изгородь, потому что садиться на землю я не рискнул. Да теперь её и землёй нельзя было назвать...
 
Стало ужасно жаль нашу ферму… Я спросил у деда, что теперь будут есть наши коровы и мы сами. Он ответил, что придётся снять все сбережения «на чёрный день» и покупать продукты и солому у пришельцев. Я представил, как мы с дедом идём за продуктами к Домам и даже обрадовался – есть шанс попасть вовнутрь. Но дед меня быстро разуверил – всё необходимое мы будем заказывать по телефону, и нам доставят прямо на ферму.
 
- Алекс! - донёсся голос деда. – Ты закончил?
- Почти!
 
Меня с изгороди как ветром сдуло, и я принялся за работу. Через час дело было сделано – бурая вязкая слизь покрывала всё огороженное пространство. Я выдавил из пакета остатки фемтопасты, пронаблюдал, как невидимые бактерии принялись уродовать почву, и поплёлся к дому. В дедовских старых охотничьих сапогах я с трудом переставлял ноги, по щиколотку погружая их в отвратительное покрытие. Слизь чавкала, пузырилась и хлюпала. К тому же она ужасно воняла. 
 
- Молодец! – похвалил меня дед, окидывая взглядом склизлое пространство.
- Дедушка, а наша ферма будет теперь такой всегда?
- Ну что ты, глупый!  Нам бы только пережить трудные времена и выжить этих... – дед кивнул на дома чужих и посмотрел с такой ненавистью, что будь она лучом лазера, испепелила бы строения до фундамента. – Когда явятся посланцы, не вздумай проболтаться.
 
*****
 
Ярко-красная машина уткнулась носом в ворота фермы и гудела на одной ноте. Возле машины стояли двое. Я узнал их – это те, кто приезжал к нам в прошлом году. Всё та же улыбчивая женщина, вовсе не похожая на инопланетянку, и её спутник. Дед не торопясь подошёл к калитке. В руках у него было ружьё.
 
- В чём дело?
- Вы получали наше предупреждение? - женщина покосилась на дедовское оружие и отступила от ворот на шаг.
- Не это ли? – дед вынул из кармана горсть разноцветных обрывков и высыпал за ворота под ноги пришельцам.
- Следует ли это понимать как Ваш отказ от наших условий?
 
Дед пожал плечами.
 
- Да понимайте, как знаете. Только зря не беспокойтесь – у меня тут беда с землёй приключилась… Так что вряд ли она вам теперь понадобится.
- Что за беда? – встревожился мужчина.
- Да Вы разве сами не видите – вон, уже далеко за изгородь продвинулось.
 
Пришельцы отправились в сторону, куда указывал дед. Там они с изумлением увидели, как бледно-серая масса, источая запах гнили, пузырясь и шелестя,  покрывала всю землю нашей фермы и уже на сорок метров продвинулась дальше ограды. Стало ясно - ещё немного и слизь коснётся фундамента дома, стоящего первым в веренице высоток.  
 
- Что это? – прошептал мужчина, присел и, едва коснувшись мизинцем скользкой субстанции, с отвращением отпрянул. 
- У вас хотел спросить. Я подумал, что это вы меня вытравить хотите.
- Вы с ума сошли? Откуда у вас эта гадость?
- Сама прибежала, - съязвил дед. – Разве такую дрянь откуда-то можно взять? Такое только как стихийное бедствие на голову валится.
 
Прибывшие о чём-то горячо шептались.
 
- Вот что, - дама зло посмотрела на деда. – мы пришлём экспертов, а Вы с ребёнком пока с фермы ни на шаг.
- Ну, это уж мне решать, - оборвал её дед.
- Вряд ли, - усмехнулась женщина. – Скоро Вы поймёте, о чём я говорила. Главное, берегите внука – землю Вы уже потеряли, а вопрос с домом решится за пару дней.
- Вы мне угрожаете? – взревел дед, передёрнул затвор и прицелился. - Убирайтесь!
- Увы, это не угроза. Мы-то уйдём, но и Вам придётся скоро бежать отсюда. Впрочем, завтра приедут эксперты и полиция – они с Вами и побеседуют. Прощайте!
 
Пришельцы сели в машину и уехали. Я был в восторге – моего деда все боятся!
 
- Нечего глазеть на всякую шваль! Живо в дом! – скомандовал дед.
 
*****
 
Я проснулся от странного шума. Смутная неоправданная пока ещё тревога вытолкнула меня из постели. Я подбежал к окну.
 
Всё пространство вокруг фермы стало похоже на автопарк амфибий – множество машин толпилось у моих Домов, поглощая пришельцев одного за другим.
 
- Дедушка! – завопил я. – Они улетают!
- Кто улетает? – дед вбежал в мою спальню.
- Инопланетяне!
- Да какие инопланетяне! Это же люди!
- Ты же называл их пришельцами!
- Они явились невесть откуда, наглые безжалостные люди. Они покушались на нашу землю. Но они не инопланетяне. Хотя жаль, что это не так – по крайней мере не было бы так обидно… Ну, хватит болтать – собирайся!
- Я еду с ними? – испугался я не на шутку.
- Да нет же… за тобой приехали.
 
Только теперь я увидел, что у нашего дома тоже припаркована амфибия. За рулём сидел мой отец.
 
Я мигом оделся, выскочил на улицу, спрыгнул со ступенек и в ту же секунду завис в воздухе – дед крепко держал меня над землёй.
 
- Привет, Алекс! А ты быстрый, - улыбнулся отец, высунувшись из автомобиля.
- И очень глупый, - констатировал дед. – Ты бы хоть под ноги смотрел – сейчас бы по уши ушёл в слизь.
 
Дед поставил меня на капот, откуда я с помощью отца перебрался в кабину. Только сейчас я заметил, что отвратительная субстанция уже доползла до верхней ступеньки.
 
- Папа, не дури! Садись в машину! Ты, ведь, даже коров разрешил вывезти. Погибнешь, ведь.
- Заткнись! Это ты дуришь – лодырничаешь в своём городе вместо того, чтобы делом на земле заниматься.
- Вижу я твоё дело…
- Ах ты! Ещё издеваешься! Живи ты с нами – эти мерзавцы не посмели бы сунуться со своими погаными бумагами.
- Я сделал всё, что мог – я же достал для тебя эту дрянь! Думаешь, легко было подкупить нужных людей?
- Кончен разговор! Поезжайте! А я хочу досмотреть комедию до конца.
 
Отец завёл мотор, и мы поехали прочь. Издали наша ферма показалась мне скворечником, а дедушка маленьким и беззащитным. Отчаянье захлестнуло меня, и я заплакал.  
 
*****
 
Дома опустели.
 
Деда подобрал вертолёт, когда крыша маленьким островком едва возвышалась над морем продолжавшей бродить слизи. Потом деда судили, но так и не сумели доказать его причастность к столь внезапному изменению почвы. Деда обвинили только в том, что он вовремя не сообщил властям, что обнаружил у себя на поле «эпицентр размножения неизвестных микроорганизмов» и присудили штраф, который пришлось заплатить отцу, так как у деда совсем не осталось денег. После суда дед переехал к нам с отцом.
 
Нашу ферму обкопали и врыли в землю двухметровые бетонные плиты, но Дома спасти не удалось – слизь пробралась под фундамент, и гиганты опасно накренились.            
 
Специальные службы бросили все силы на борьбу со слизью, но всё, что им удалось – это заставить её отвердеть. Год спустя дед получил по почте уведомление, что его ферма больше не представляет опасности для окружающих и для него самого, и что он может вернуться домой. Вечером того же дня мы с дедом отправились в путь.
 
*****
 
Туманное утро мы встретили у остатков изгороди. Дымка  почти рассеялась, и нашему взору предстала удручающая картина – насколько хватало глаз всё пространство покрывал чернильный твёрдый, словно камень, панцирь. Потухшие безжизненные дома едва виднелись на фоне пасмурного неба. Я вздохнул.
 
- Ничего страшного, - дед ободряюще похлопал меня по плечу. – Восстановим изгородь... Потом сколотим себе жилище и начнём срывать этот наст. Будем с тобой работать, Алекс, пока не очистим от всего лишнего землю. Нашу землю.
 
И мы взялись за дело.
 
*****

Ольга Сатолес - Ферма.doc





Голосование:
За - 1 Против - 0
Авторизуйтесь для голосования
Комментарии к работе
05.03.2015     10:47:59
Sugrob
рейтинг автора Sugrob (Дядя Снег)
С удовольствие прочитал. Хороший рассказ.
05.03.2015     11:01:22
satoles
рейтинг автора satoles (Ольга)
Спасибо Вам! Рада, что понравился.
В Мы ВКонтакте
f Мы в Facebook
Сталкер Зона Творчества

Закрыть окно