Искусство и творчество, воображение и вдохновение – социальная сеть для творческих людей Сталкер. Зона Творчества
СОЦИАЛЬНАЯ СЕТЬ ДЛЯ ТВОРЧЕСКИХ ЛЮДЕЙ
 

Тайна преступления





ТАЙНА ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Здравствуйте, здравствуйте, гости дорогие. Добро пожаловать в поместье Прайори в Беламе. Я очень рад видеть вас всех. 
Должен сказать, что в этом году ко мне в гости с целью посетить это поместье приезжало намного больше туристов, нежели их было в прошлом году. И хотя я очень рад видеть вас всех в стенах этого дома, я, право, не знаю почему с каждым годом число туристов всё увеличивается и увеличивается. Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что поместье Прайори – несмотря на его древность и красоту – не может соперничать с самыми знаменитыми красотами архитектуры, и уступает очень и очень многим достопримечательностям старой доброй Англии. Но вы всё равно приезжаете сюда. Может быть, это связано с теми историями, которые я всегда рассказываю приезжающим? Скорей всего, так оно и есть. 
Но, как бы там ни было, вы приехали, и я очень рад представившейся мне возможности завести новые знакомства. 
Позвольте представиться, так сказать, отрекомендоваться перед всей честной компанией. Я – привидение поместья Прайори. Да, да, не удивляйтесь. Именно так. 
Единственное, что отличает меня от всех остальных моих сородичей, коими густо населены все построенные во времена Средневековья замки, так это то, что я не фамильное привидение, а домовóе. В смысле, что я опекаю не какой-то один конкретный род, а присматриваю за всеми теми жильцами, которые в разные промежутки времени селились в этом доме, в коем я имею честь проживать. А их за все годы тут побывало немало. 
Дело в том, что поместье Прайори с момента своего основания никогда не входило в состав майората, а поэтому достаточно активно продавалось и покупалось, часто переходя из рук одного семейства в руки другого. 
Хозяева у меня бывали разные: когда более симпатичные, когда менее. Как-то во времена правления Карла II Стюарта здесь жила такая красавица… Король часто приезжал сюда, чтобы насладиться её прелестями… Помню, как однажды ночью он взял взбитые сливки и начал размазывать их по телу любовницы. Я же в это время… Гм-м-м… Простите, отвлёкся… 
Так вот. Не буду останавливаться на вопросах как я попал в этот дом и почему стал привидением. Для той истории, которую я собираюсь вам всем рассказать, это совсем не важно. 
Под Рождество и Новый год все ждут весёлых и праздничных историй, которые им расскажет Санта Клаус, Мерлин, фея Моргана или же ещё какие-нибудь сказители и волшебники. Но я не занимаюсь глупым увеселением толпы как балаганные плясуны или клоуны. Я, принадлежа к персонажам старого готического романа, повествую своим слушателям исключительно страшные и трагические истории. 
Не станет исключением и та история, которую я собираюсь рассказать всем вам сегодня... 
 
* * * 
Дело было в 70-х годах ХIХ века, в викторианской Англии. В один прекрасный день в мой дом въехала молодая леди со своей компаньонкой и слугами. 
Так как дом давно пустовал, я очень обрадовался прибытию новой хозяйки и её близких. Я проворно соскользнул с солнечного луча, на котором грелся в тот момент, и поспешил вниз. Моим глазам представилась замечательная картина, порадовавшая меня до глубины души – сколько глаз хватало, холл был заставлен коробками и ящиками. Было видно, что дама была богата и принадлежала к высшему обществу. Обширное количество вещей указывало на то, что дама приехала в этот дом надолго. 
Дама была высока ростом. У неё были прекрасные чёрные волосы и зелёные глаза, манившие своей глубиной и загадочностью. Я сразу же привязался к своей новой хозяйке и начал заботиться о ней в меру моих возможностей. Я начал наблюдать за всем тем, что происходило в доме, и с течением времени узнал о своей новой подопечной много интересного, начиная ещё со времён её детства. 
В девичестве её звали Флоренс Кембел и она была любимой дочерью австралийского миллионера. Когда она была ещё ребёнком, её родители перебрались жить в Англию и поселились в поместье Баскот-парк в Оксфордшире. В 1864 г. в возрасте 19 лет она вышла замуж за богатого эсквайра Александра Риккардо. 
Однако брак этот оказался неудачным: новоиспечённый муж был игроком и запойным пьяницей. В скором времени после свадьбы он начал бить свою молодую жену. Не желая терпеть подобного обращения, Флоренс ушла от мужа, перебравшись жить к родителям. 
Тут мне придётся перебить самого себя и сделать небольшое отступление. Вы, люди века нынешнего, достаточно слабо представляете себе насколько сильно меняется жизнь с течением веков. Те нравы и обычаи, что управляют жизнью сегодняшнего общества не сравнить с теми порядками, которые властвовали над умами людей во времена правления королевы Виктории. 
Викторианская Англия – это особенный период в жизни страны. В это время всё в поведении людей определял весьма специфический моральный кодекс. В действительности же не мораль определяла нормы поведения, а ханжество, возведённое в ранг высшей добродетели. Тогда нравственность имела только внешнее выражение, скрывая в своих глубинах подчас гнусную разнузданность. Можно было погружаться в самый низменный порок, и всё было совершенно нормально, если ваши тайны не были известны в обществе. Пока всё хранилось в глубочайшем секрете – всё было в полном порядке. Но если кто-то нарушал неписанные правила света и кого-то, так сказать, ловили на «горячем», то общество обрушивало на несчастного волны самого безудержного гнева и презрения. Того, кто нарушал эти самые неписанные законы, поддавали обструкции и изгоняли из светского общества. 
Кроме того, в стране существовало резкое разделение на то, что можно было делать мужчине и что не позволено было женщине. Во времена викторианской Англии буйным цветом процветала двойная мораль, когда за одни и те же проступки мужчину и женщину карали с разной степенью жестокости. А в некоторых случаях при совершенно одинаковом развитии событий наказывали только женщину, тогда как мужчине всё сходило с рук. 
Поэтому поступок Флоренс был достаточно смелым для того времени и вполне мог привести к тому, что высший свет именно её осудил бы за нарушение «правил игры». Некоторые представители высшего света уже начали косо посматривать на Флоренс. 
Но всё разрешилось на удивление благополучно. И связано это было, прежде всего, с тем, что муж Флоренс – Александр Риккардо – сам нарушил некоторые из неписанных, но беспрекословно соблюдавшихся правил света. 
Во-первых, он не относился к титулованной знати, а принадлежал хотя и к богатому, но не аристократическому роду. Более того, его отец считался в свете выскочкой: будучи не англичанином по рождению он женился на дочери английского эсквайра и, таким образом, после смерти своего тестя получил английский титул. 
Во-вторых, его поведение не отвечало строгим требованиям и правилам, которые предъявлялись ко всем английским денди. Заядлый картёжник, он, во время одной из игр, был пойман на шулерстве. Само собой разумеется, что его тотчас же исключили из всех клубов и перестали принимать в лучших домах города. Общество отвернулось от него, ибо шулерство во время карточных игр не прощалось. А потому свет, заклеймивший позором Александра Риккардо, распахнул свои объятья его жене. Флоренс, покинувшая мужа, теперь была объявлена бедной страдалицей и отношение к ней со стороны изменчивого английского бомонда стало самым благоприятным. 
Так и стали развиваться дальнейшие события. Александр пил и играл во третьеразрядных игровых притонах и кабаках, а Флоренс жила в поместье родителей – Баскот-парке. 
Всё изменилось в 1871 г., когда Александр Риккардо внезапно умер в гостиничном номере в каком-то маленьком городке. Дело в том, что полностью отдаваясь игре, петушиным и собачьим боям, Александр совершенно забыл обо всех других делах, которые должен был делать, повесив всё на своего управляющего. 
Среди всего прочего, что упустил из виду Александр, был вопрос, связанный с его завещанием. В погоне за сиюминутными радостями Александр совершенно забыл изменить его. Поэтому после смерти мужа всё его довольно большое состояние унаследовала вдова – то есть Флоренс. 
Получив, наконец, в своё распоряжение состояние, Флоренс решила начать жить в своё удовольствие. Сначала она переехала жить в небольшой коттедж в Молверне, где жил и держал практику семейный врач её родителей доктор Джеймс Галле. 
Джеймс Галле был не очень счастливым человеком. Он был женат, но его жена сошла с ума и находилась на излечении в сумасшедшем доме. Он считался хорошим врачом и был достаточно уважаемым человеком. Однако он нарушил все правила и совершил то, что нельзя было делать в его положении: будучи не свободным он влюбился в другую женщину. Да и это, в принципе, было бы не очень страшно, если бы не то, что он позволил узнать о своих чувствах всем окружающим... 
Джеймс Галле был на сорок лет старше Флоренс, но это не помешало ему влюбиться в неё со всей страстью юности. Они начали встречаться, используя для встреч все возможности, какие им только представлялись. Особо они любили выезжать на приёмы в загородные дома, где было больше возможностей тайно уединяться. 
Общество могло позволить себе закрывать глаза на эту любовную связь до тех пор, пока всё носило тайный характер. Но беда разразилась внезапно, в мае 1872 г., когда они оба были на загородном приёме в одном из поместий в Суррее. Хозяин дома, где они оба гостили, внезапно в неурочный час вернулся домой и, зайдя вместе с женой в гостиную, застал их там на софе в страстных объятиях. Причём, миссис Риккардо была совершенно обнажённой. 
Слух об этом мгновенно распространился в высшем свете, и миссис Риккардо перестали принимать в обществе. Сразу же ей припомнили и достаточно скандальный уход от мужа во время её первого брака. Никто больше не присылал ей приглашений в свой дом и не приезжал с визитами к ней. Более того: даже её отец запретил своей жене – её матери – общаться с дочерью, а Флоренс запретил приезжать к ним в дом. 
Отторгнутая обществом и семьёй Флоренс была вынуждена искать себе новое место жительства. Именно тогда она и узнала о существовании поместья Прайори. Флоренс купила поместье и вместе со своей компаньонкой миссис Кокс переехала туда жить. В течение нескольких дней был набран штат прислуги – дворецкий Роу, супруги мистер и миссис Кобы, работавшие на кухне, служанка Мэри Энн Кейбер. Кроме них в поместье ещё работали два конюха и три садовника. 
Таким образом, в поместье, где я живу, поселилось сразу столько новых людей. Согласитесь, данное событие не могло не порадовать меня. И я с огромным удовольствием начал следить за тем, как стали развиваться дальнейшие события. И мои ожидания не были напрасными: уж что-что, а дальнейшее развитие этих самых событий не заставило себя долго ждать. 
Я взял себе за правило наблюдать за новыми обитателями поместья. 
Прежде всего, занятной личностью была нанятая Флоренс компаньонка. Миссис Джейн Кокс была полукровкой, рождённой на Ямайке (где осталась проживать её тётя). Она встретила Флоренс будучи уже вдовой с тремя сыновьями. Неудачная попытка открыть школу оставила ей огромные долги, которые именно Флоренс помогла ей выплатить. Переезд её вместе с сыновьями жить в Прайори окончательно спас миссис Кокс от полного разорения. 
Ещё одним новым лицом, появившимся в этих же местах, стал доктор Галле. Он переехал из Молверна вслед за Флоренс, и поселился в прилегающей к Прайери деревушке, в домике, расположенном неподалёку от поместья. Само собой разумеется, он не только был частым гостем в поместье, но и по-прежнему оставался её постоянным любовником. 
Честно говоря, я не очень-то был доволен этими посещениями, но кто я такой, чтобы возражать. Тем более, что сделать я всё равно ничего не мог. Пугать доктора Галле и изгонять его из поместья я не хотел: ведь он доставлял радость моей хозяйке, владелице Прайори. А её желания, как впрочем и желания всех, кто в разные времена становился хозяином поместью, для меня всегда были законом. 
Так, однажды я должен был смириться с тем, что владельцем Прайори стал человек, который не вызывал у меня никаких иных чувств кроме презрения. Трусливый, жадный, лицемерный лизоблюд, он всячески раболепствовал перед Принни, желая чтобы король ради него объявил реального наследника – малолетнего сына его старшего брата – безумным, и отдал этому негодяю всё то, что должен был унаследовать этот ребёнок. Как вам это нравится: у этого труса даже не хватило храбрости самому избавиться от нежелательного наследника… 
И я должен был терпеть его хозяйствование в поместье и не мог позволить себе громкими завываниями пугать этого негодяя. Однако, к моей радости, король Георг IV наотрез отказался даже рассматривать это прошение, и нечестный опекун остался «с носом». Я так обрадовался этому, что всю следующую ночь услаждал себя тем, что летал по замку и громкими стонами пугал всех собравшихся в поместье гостей. Было так весело наблюдать за метаниями перепуганных любовницы хозяина и жён его ближайших друзей. 
Ну да ладно. Вернусь к своему повествованию… 
Слуги шептались об этих «визитах» доктора Галле, но хранили тайну своей хозяйки. Однако через какое-то время события вышли из под контроля, что привело в будущем к самым трагическим последствиям – Флоренс забеременела. 
В то время незамужняя женщина, даже вдова, не могла родить незаконного ребёнка. Позор, обрушившийся на голову Флоренс, если бы в свете распространилось известие о том, что она родила без брака, отразился бы не только на ней самой, но и на всех её родственниках. Вся семья считалась бы опозоренной. Все последствия такого «преступления» были бы столь страшны, что Флоренс не могла допустить подобного развития событий. 
И она приняла единственное возможное в той ситуации решение: доктор Галле сделал ей тайный аборт. 
После аборта отношение Флоренс к доктору Галле изменилось. Страдая от невозможности сохранить беременность, лишённая шанса стать матерью, она перенесла естественные в этом случае огорчение и боль на «виновника» её потери. Нельзя сказать, что Флоренс воспылала неприязнью к доктору Галле, но её чувства к нему заметно поостыли. Кроме того, Флоренс хотела избежать повторения подобной ситуации. 
Ещё одной побудительной причиной, которая управляла поступками Флоренс было её неистовое желание вновь вернуться в общество. А для этого ей нужно было вновь выйти замуж, руководствуясь одним из неписанных правил викторианского общества: «правильное замужество может смыть не один грех». Важным аспектом было ещё и то, что только вступление в брак давало Флоренс право родить ребёнка. 
Именно в этот судьбоносный для Флоренс час она встретилась с Чарльзом Делейни, который показался ей пропуском в высшее общество. 
Чарльз Делейни был сыном Джозефа Делейни, успешного коммерсанта и старого знакомого миссис Кокс. Он был адвокатом и собирался в самое ближайшее время выдвинуть свою кандидатуру на выборах в парламент. Чарльз был ниже Флоренс по социальному статусу, и если бы не скандал, то Флоренс никогда не стала бы серьёзно рассматривать вопрос брака с ним. Можно смело утверждать, что она даже не взглянула бы на него, если бы не пятно на её собственной репутации. 
Знакомство весьма быстро переросло в активное ухаживание, ибо Чарльз очень хотел заполучить её деньги. Его целям помогло то, что Флоренс честно рассказала Чарльзу о своих отношениях с доктором Галле, о скандале и потерянной репутации, а также о тайном аборте. Воспользовавшись тем, что Флоренс повинилась в своих грехах, Чарльз потребовал от неё окончательно порвать все отношения с доктором Галле и отказаться когда бы то ни было в своей дальнейшей жизни встречаться с ним. Только в этом случае он соглашался взять Флоренс в жёны. 
Теперь, после рассказа Флоренс, всё в их взаимоотношениях изменилось. Это объяснялось правилом двойных стандартов, принятых в викторианском обществе. Несмотря на то, что сам Чарльз был вовсе не безгрешен (он содержал свою незаконную дочь), его отношение к отвергнутой светом Флоренс стало напоминать отношение к падшей женщине, к которой он милостиво снисходил. Теперь, несмотря на то, что они были знакомы всего два месяца, Чарльз активно торопил Флоренс со свадьбой. 
Находясь в подчинённом положении, Флоренс пригласила в поместье доктора Галле и объявила ему о том, что их отношения прекращаются. Любивший до глубины души Флоренс, Джеймс Галле пытался убедить возлюбленную в том, что это несправедливо: ведь он всё бросил ради любимой, а потому тоже имеет в этом вопросе право голоса. Однако, озабоченная мыслями о возвращении в высший свет Флоренс, уже не слушала его просьб и уверений. В конечном итоге, доктор Галле смирился и ушёл. По большому счёту, прогнав доктора Галле, Флоренс лишила себя последнего своего настоящего друга... 
Ситуацию, в которой оказалась Флоренс в её взаимоотношениях с Чарльзом ухудшил визит Флоренс к своему адвокату. Вернее, не сам визит, а то, что Чарльз узнал о том, что Флоренс проявила самый активный интерес к закону об имуществе замужних женщин. 
Тут я вновь сделаю паузу в своём рассказе и остановлюсь чуть более подробно на этом судьбоносном законе, ибо именно этот закон положил начало освобождению женщин из-под полной власти мужчин, способствовал утверждению равенства полов. 
Закон об имуществе замужних женщин был принят в 1867 году и произвёл своеобразную революцию в юридическом положении женщины в Англии. До того времени всё состояние женщины после брака автоматически переходило в руки её мужа. Отныне только он имел право тратить эти деньги так, как ему было угодно. И бедным женщинам оставалось только смотреть как их состояние растрачивается на карты, вино, бега или даже любовниц мужа. И никогда несчастная не могла воспротивиться подобным расходам и получить возможность самостоятельно определять, на что именно будут потрачены те деньги, которые до замужества принадлежали исключительно ей. Теперь же, после 1867 года, этот закон делал именно Флоренс хозяйкой своих денег, и в браке оставлявшей всё своё имущество и финансы под собственным контролем 
Взбешённый Чарльз, примчавшись в Прайори, гневно заявил Флоренс, что он не собирается быть гостем в её доме и до тех пор, пока она не откажется от своих претензий на власть над Чарльзом, он отказывается жениться на ней. После этих слов он ушёл из дома, громко хлопнув дверью 
Скажу честно, я сильно порадовался его уходу, ибо Чарльз мне совершенно не нравился. Я был уверен, что наконец-то мы с хозяйкой избавились от этого хлыща. Но я не учёл, что к тому времени Флоренс уже полностью подпала под его влияние. И вместо того, чтобы прогнать этого негодяя, как это следовало сделать, она начала искать способ решение возникшей проблемы. 
Как это много раз было раньше, Флоренс, попав в сложную ситуацию, решила попросить совета у доктора Галле. Она тайно написала ему и попросила о встрече. Рассказав о требованиях Чарльза, Флоренс попросила у него совета. 
Я слушал их разговор с замиранием сердца. Доктор Галле тщетно пытался убедить хозяйку не торопиться со свадьбой, однако Флоренс была непреклонной. На все его аргументы она отвечала одно и то же: «Чарльз не хочет затягивать со свадьбой». 
По совету доктора Галле Флоренс частично уступила и подчинилась требованиям Чарльза: в брачном контракте было записано, что она даёт согласие на то, чтобы Чарльз единовластно распоряжался в поместье Прайори – полностью управлял домом и всём его содержимым. Однако собственное состояние Флоренс оставила в полном своём владении. В этом пункте она была непреклонна, и Чарльз был вынужден согласиться. 
Первым действием Чарльза в качестве хозяина дома, стало увольнение конюха Флоренс Джорджа Гриффитса. Обвинив его в несуществующих проступках (пьянство и лень) Чарльз велел Гриффитсу, не взирая на то, что у того была беременная жена, в течение двух недель покинуть территорию поместья. 
Настоящей же причиной увольнения Гриффитса было то, что однажды Чарльз застал его за тем, что Гриффитс втирал в гриву лошади сурьму. В ходе разговора Джордж сказал, что этот метод ему подсказал доктор Галле, который знает как надо лечить не только людей, но и лошадей. Услышав ненавистное имя, Чарльз и принял решение прогнать конюха, сохранявшего лояльность к человеку, которого Чарльз ненавидел всей душой. 
Увольнение было настолько несправедливым, что Гриффитс, покидая поместье, громогласно ругался, обвиняя Чарльза во всех грехах, и даже пригрозил, что после свадьбы Чарльз не проживёт и четырёх месяцев. 
Флоренс, полностью подчинившаяся воле Чарльза, согласилась на скорый брак. Однако родители Чарльза, опираясь на отрицательное отношение света к Флоренс, не приняли ни эту невесту, ни этого брака. Они не приехали на свадьбу и мать Чарльза отказалась как сама приезжать с визитами в дом Флоренс, так и принимать невестку в своём доме. 
После свадьбы, состоявшейся летом 1876 года, молодые отправились в гости к родителям Флоренс. По окончании визита Чарльз и Флоренс вернулись обратно в поместье Прайори. 
Из всех родственников Чарльза в гости к супругам Делейни приезжал только один единственный человек: кузен Чарльза – врач по специальности Ройс Белл. Его визиты сопровождались пространными рассказами о том, какой разносторонне развитой личностью был Чарльз. По словам Ройса, Чарльз не только живо интересовался юриспруденцией, но также очень активно изучал медицину и часами не вылезал из лаборатории Ройса, изучая те или иные свойства разных веществ. 
Тем не менее, положение Флоренс после свадьбы резко изменилось. Несмотря на то, что она забеременела сразу же, во время медового месяца, поведение Чарльза кардинально переменилось. Используя свою власть в доме Флоренс, полученную за счёт заключённого брака, Чарльз начал вводить в поместье свои порядки. Прежде всего, он, опираясь на советы своей матери по введению в хозяйстве режима экономии, попытался заставить Флоренс уволить двух садовников, а также продать часть лошадей из её конюшни. 
Флоренс выступила резко против подобных «нововведений». Разговор, проводившийся на самых высоких тонах, привёл к тому, что на первых порах Чарльз был вынужден уступить. Однако этот инцидент завершился весьма печально: у Флоренс случился выкидыш. 
Ситуацию в доме усугубило получение анонимного письма, в котором Флоренс откровенно предупреждали о том, что Чарльз женился на ней только и исключительно из-за принадлежащих ей денег. Никто не знал, кто был автором этого письма, но все слуги в доме склонялись к мысли, что его написал уволенный конюх Джордж Гриффитс. 
После получения этого письма Чарльза полностью перестал притворяться и скрывать свою истинную сущность. Пытаясь утвердить своё господство в доме, он начал избивать Флоренс и насиловать её, прикрывая это тем, что он всего лишь «использует свои супружеские права». Пытаясь полностью лишить Флоренс всяческой поддержки извне, он начал кампанию по «убеждению» жены в том, что той совершенно не нужно общество компаньонки – миссис Кокс. По его словам, его мать посоветовала ему уволить компаньонку и ведшую хозяйство в доме семью супругов Кобов, ибо это даст им чистую экономию в 400 фунтов в год. 
Однако и в этом случае Флоренс проявила порадовавшую меня принципиальность, весьма неожиданную для Чарльза. Она наотрез отказалась даже думать о том, чтобы уволить миссис Кокс и супругов Кобов, аргументируя это тем, что она сама будет хозяйкой в собственном доме и не потерпит советов от женщины, которая не приходит с визитами в её дом. Кроме того, Флоренс заявила, что она живёт вполне по средствам и может сама из своих средств оплачивать свою компаньонку и прислугу. 
Поскольку Флоренс, благодаря предусмотрительно составленному ею брачному контракту, действительно имела свои собственные средства, Чарльз не мог заставить её уволить прислугу. И это бессилие заставляло его ещё больше издеваться над непокорной супругой. Грубости и оскорбления от мужа стали нормой жизни для Флоренс. Он постоянно всячески третировал жену, обвиняя её даже в том, что она изменить никак не могла. Так, например, он потребовал от Флоренс, чтобы она заставила доктора Галле уехать как можно дальше от поместья. Однако, когда Галле отказался уезжать, Чарльз обвинил в этом решении Флоренс, которая, якобы, по прежнему придерживает возле себя своего любовника. 
Подобное обращение привело к тому, что Флоренс, как и во время своего первого брака, бежала в дом своих родителей. И это всего лишь после десяти недель замужества... 
Вы себе даже не представляете, на что стала похожа моя жизнь после отъезда хозяйки. Подчас я каждую ночь заходил в спальню Чарльза и мечтал о том с каким бы удовольствием я бы – имей такую возможность – убил бы этого человека за все те мучения, каким он подверг Флоренс. Но я не мог ничего сделать. И не только потому, что был бесплотным духом. Это не помешало бы мне наводить ужас на этого негодяя. Но меня останавливала воля моей собственной госпожи: выйдя замуж за Чарльза она сделала его жителем поместья, а, отдав в его руки всю власть в доме, она, выражаясь фигурально, связала мне руки. Я не мог причинить вред хозяину поместья Прайори... 
Чарльз стал посылать письма Флоренс с требованиями вернуться обратно. Ни в одном письме он не повинился и не проявил ни малейшего понимания того, что он был хотя бы в чём-то неправ. 
В отличие от времени первого замужества Флоренс, в этот раз её отец встал на сторону мужа. Кроме всего прочего, данная позиция объяснялась отношением света к самой Флоренс и к её супругу. В этот раз отверженной в обществе считали жену. Все симпатии бомонда находились на стороне мужа, женившегося на недостойной особе. Бóльшая часть света считала, что Чарльз по незнанию «истинной сущности» взял в жёны развратницу Флоренс, и пострадал безвинно, женившись на падшей женщине. 
В подобной ситуации отец Флоренс не решился поддерживать отверженную дочь, дабы не навлечь неприятности на остальных членов своей семьи. 
И Флоренс была вынуждена вернуться обратно в Прайори, к мужу... 
После возвращения дальнейшая жизнь Флоренс потекла точно таким же образом, как и ранее. Однако жестокое обращение мужа наложило свой отпечаток. Всё чаще Флоренс преследовали мигрени, боли в спине, общая слабость. Тем не менее, вскоре она вновь забеременела. Однако результат был столь же плачевным – беременность опять завершилась выкидышем... 
Подобное развитие событий привело к тому, что Чарльз стал по отношению к Флоренс ещё более жестоким, считая, что в жизни нет места сантиментам. 
Общий упадок сил Флоренс усугублялся вином, которое она стала пить в достаточно больших количествах... 
Пытаясь как-то помочь своей хозяйке, миссис Кокс отправилась к доктору Галле и, описав симптомы Флоренс, попросила его дать ей для неё какое-то лекарство. Опасаясь действий со стороны Чарльза, миссис Кокс попросила готовое лекарство прислать не в дом Флоренс, а в дом самой миссис Кокс, находящийся в Нотингхилле. Вскоре она получила вожделенное лекарство. 
Всё усиливающаяся привязанность Флоренс к вину не могла не вызвать у меня обеспокоенности. Вскоре мои опасения разделила и миссис Кокс. Однажды она увидела как Чарльз подсыпает что-то в графин с вином, которое пила Флоренс. Увидев компаньонку жены, Чарльз рассказал ей о том, что он советовался со своим кузеном, доктором Ройсом Беллом, о средстве, которое можно было бы применить для борьбы с зарождающимся алкоголизмом Флоренс. Единственное о чём он попросил миссис Кокс, так это о том, чтобы она не рассказывала ничего Флоренс, иначе та, дескать, перестанет пить приготовленное им вино с лекарством, а, вместо этого, будет пить другое, без лекарства, которое не вызовет у неё отторжения. 
Не известно как бы дальше развивались события, но однажды, погожим зимним днём 18 декабря произошло то, что изменило абсолютно всё. 
В тот день Чарльз решил покататься верхом на лошади и велел оседлать своего любимца – жеребца Креморна. Конюх попытался убедить Чарльза в том, чтобы тот взял другую лошадь, так как в то утро Креморн был в дурном настроении и беспрестанно «шалил». Однако Чарльз, проявив присущее ему упрямство, наотрез отказался ехать на какой бы то ни было иной, кроме избранной им лошади. 
Последствия его решения не заставили себя долго ждать: в один из моментов Креморн отказался повиноваться воле всадника. Лошадь понесла и выбросила Чарльза из седла. Я от души порадовался этому событию. Кроме вполне естественных в этой ситуации ушибов, падение с лошади привело к тому, что у Чарльза разболелся зуб. 
Вернувшись домой, весь окровавленный и в синяках, раздражённый Чарльз потребовал приготовить ему ванну, после которой спустился к ужину далеко не в самом радужном настроении. Это настроение ещё больше ухудшилось после того, как Флоренс завела разговор о своём желании вместе с миссис Кокс поехать отдохнуть на курорт в Уэртинге. Чарльз наотрез отказался позволить жене покидать дом, аргументируя этот запрет словами о том, что ей и здесь хорошо и нет никакой нужды искать чего-то лучшего. 
Ближе к концу ужина дворецкий принёс адресованное Чарльзу письмо от его отца, прочитав которое Чарльз пришёл в состояние полного бешенства. Выяснилось, что старший мистер Делейни вскрыл какое-то письмо, адресованное Чарльзу, и после прочтения этого письма, тут же написал сыну гневное послание с упрёками. Чарльз, в состоянии сильного гнева, даже не закончив ужинать, ушёл в свою спальню. Там, выпив воды с английской солью, он лёг в постель. 
В 21 час 30 минут Флоренс, которая в тот вечер не очень хорошо себя чувствовала, легла спать. Для того чтобы помогать ей, в случае если возникнет такая необходимость, миссис Кокс расположилась на ночь в её спальне. 
Через два часа, в 23 часа 30 минут, Чарльз выскочил из своей спальни и велел служанке Мэри Энн, которая в тот момент шла по коридору, немедленно принести ему горячей воды и горчицы. 
Мэри Энн, напуганная видом своего хозяина, бросилась в спальню Флоренс с тем, чтобы ночевавшая там миссис Кокс подсказала ей, что делать дальше. Миссис Кокс вместе с Мэри Энн направилась в спальню Чарльза. Там они увидели Чарльза, который, в полном изнеможении, склонился над ночным горшком. Перепуганная Мэри Энн обратила внимание на камин и указала миссис Кокс на то как странно ярко пылает в нём огонь. 
Миссис Кокс приказала принести горячую воду. После того, как Мэри Энн побежала выполнять это распоряжение, она велела дворецкому Роу послать в Лондон за самым лучшим доктором – Уильямом Харрисом. Когда Мэри Энн принесла с кухни только что нагретую воду, она увидела, что Чарльз был невероятно бледен, а вся его постель испещрена пятнами рвоты. Совершенно потерявшая голову служанка вновь ворвалась в спальню Флоренс, и, разбудив хозяйку, сообщила ей, что хозяину плохо. 
Примчавшись в спальню мужа и увидев в каком состоянии пребывал Чарльз, Флоренс бросилась к дворецкому и велела немедленно звать любого местного доктора, так как доктор Харрис жил очень далеко от поместья. Кроме того, она велела послать гонца к доктору Ройсу Беллу. 
Миссис Кокс перестелила постель Чарльза и велела Мэри Энн постирать постельное бельё, вылить воду из ванной, которую принимал Чарльз, чтобы расслабиться после падения с лошади, и поменять воду в кувшине, налив туда свежую. 
Скажу вам сразу: всё то время, пока в поместье царила неразбериха, я откровенно радовался всему тому, что видели мои глаза. Я не мог простить Чарльзу то, как он вёл себя по отношению к моей дорогой хозяйке, а потому испытывал восторг, глядя на то как ему теперь было плохо. Мне хотелось танцевать от радости при виде его мучений. Чувства настолько обуревали меня, что я вылетел из спальни и летал по замку до тех пор, пока клубившееся во мне веселье не нашло своего выхода. После этого я вновь возвратился в спальню Чарльза. 
Когда приехал Ройс Белл, миссис Кокс рассказала ему о том, что пока в комнате никого не было (Флоренс выходила, чтобы переодеться), Чарльз сказал ей одну очень важную фразу. По её словам, он сказал: «Я принял тот яд. Не говорите Флоренс». 
Услышав эти слова, я решил вмешаться в ход развития событий. Я не мог причинить зло хозяину Прайори, но зато я мог управлять силами, ничем не связанными с поместьем. Я выскользнул за пределы дома и, подняв руки над головой, вызвал все ветра, которые смог подчинить своей воле. Каждый из вызванных мною ветров принёс с собою снег. Разбушевалась такая метель, что ничего не было видно буквально за несколько метров от меня. Велев ветрам дуть всю ночь, а снегу – завалить все дороги в округе, я вернулся обратно в дом. 
Всю ночь миссис Кокс и доктор Ройс Белл пытались облегчить положение Чарльза. Дело осложняло то, что у Ройса не было с собой специальных ингредиентов, которые помогли бы ему бороться с воздействием яда, а метель не дала ему возможности съездить за ними и привезти в Прайори всё необходимое. К тому же Чарльз довольно скоро потерял сознание, и в него не могли влить достаточно жидкости, чтобы вызвать новую рвоту. 
Только утром приехал доктор Уильям Харрис. К тому моменту время было уже упущено... 
Выслушав всё, он велел взять образец рвоты больного для анализа. После этого доктор Харрис, обратившись к Чарльзу, попросил того сказать: какой именно яд он принял, иначе кого-то обвинят в его отравлении. Однако Чарльз сказал, что он не принимал никакого яда, а выпил только настойку опия от зубной боли. Если там было что-то другое, добавил он, то ему об этом ничего не известно. 
В пять часов утра 21 декабря 1876 г., через два дня после начала болезни и через 5 месяцев после свадьбы, Чарльз Делейни умер. 
Как я ликовал в тот день!!! Я скакал от радости, летал под потолком, кувыркаясь в потоках исходящего от каминов тёплого воздуха! Наконец-то моя хозяйка освободилась от влияния этого монстра. 
Но, как выяснилось позже, я рано радовался... 
Обстоятельства смерти Чарльза Делейни были таковы, что в тот же день в поместье Прайори прибыла полиция. Расследование показало, что причиной смерти стал принятый Чарльзом яд, а именно сурьма: яд, который разъедает внутренние органы. Вероятно, сделала заключение полиция, яд был подмешан в кувшин с водой, который стоял в комнате Чарльза. 
Когда полиция допрашивала всех обитателей дома, миссис Кокс показала, что это было самоубийство, приведя слова Чарльза, которые ранее уже говорила Ройсу Беллу. Однако семья Чарльза не согласилась с этим вердиктом и настояла на повторном расследовании, считая его смерть убийством. 
В ходе судебных слушаний суд остановился на четырёх кандидатурах, подходящих на роль убийцы Чарльза Делейни. 
Первая кандидатура. Конюх Джордж Гриффитс. Он использовал сурьму в работе с лошадьми. Он открытым текстом заявил о том, что Чарльз не проживёт и четырёх месяцев после свадьбы. Он был известен своей злопамятностью и, скорей всего, именно он был автором той записки, в которой говорилось о том, что Чарльз хотел заполучить исключительно только деньги Флоренс. 
Однако, после увольнения из поместья, ему удалось найти себе работу у некой леди Прескот в Кенте. Они хорошо поладили (леди Прескот даже согласилась, в случае необходимости, дать показания в его пользу), и Гриффитс не захотел бы лишиться всего достигнутого, особенно учитывая беременность его жены. 
Вторая кандидатура. Доктор Джеймс Галле. У того был доступ к ядам и, будучи врачом, он прекрасно знал как ими нужно пользоваться. Кроме того, у него был двойной мотив: Чарльз «увёл» у него Флоренс и Чарльз бил и всячески оскорблял женщину, которую тот любил. Но в этом случае ему был необходим союзник и помощник в доме. Этим союзником вполне могла бы быть миссис Кокс. Тем более, что загадочный пузырёк, который он отослал ей в её дом в Ноттингхилле, так никто и не нашёл. 
Однако, когда Галле в последний раз встречался с Флоренс, он порекомендовал ей отдать дом в распоряжение Чарльза. Если бы его ревность была столь велика, разве б он способствовал бы их браку? Напротив. Он бы попытался более рьяно воспрепятствовать ему. Доктор Галле же был добрым человеком, посвятившим свою жизнь помощи другим. Убийство противоречило его натуре... 
Третья кандидатура. Миссис Джейн Кокс. В ходе следствия жители Лондона именно её избрали на роль главной подозреваемой. Её замкнутость и тёмное прошлое являли собой классический образ отравительницы. Версия о самоубийстве основывалась исключительно только на её словах. А, может быть, она вообще лгала о словах Чарльза? 
Из-за боязни обвинения в отравлении, чтобы спасти свою жизнь, миссис Кокс решила отвес

ТАЙНА ПРЕСТУПЛЕНИЯ.doc [cкачать]


(загружено 0 раз)


Описание работы:
Представленный на Ваш суд рассказ написан в жанре очень популярного в 19-м веке готического романа.
В энциклопедии о готическом романе сказано так: «Готический роман (англ. the Gothic novel) — произведение, основанное на приятном ощущении ужаса читателя, романтический «чёрный роман» в прозе с элементами сверхъестественных «ужасов», таинственных приключений, фантастики и мистики (семейные проклятия и привидения). Основоположник стиля готического романа — Хорас Уолпол, выпустивший в 1764 году свой роман «Замок Отранто» назвав его готической историей. Шумный успех романа породил множество подражаний. Первоначально готический роман развивался преимущественно в англоязычной литературе. Получил своё название от архитектурного стиля готика, поскольку действие романов часто разворачивается в старых готических замках. По предположению писательницы Маргарет Дрэббл, термин «Gothic» изначально употреблялся в значении «средневековый», как в романе Уолпола «Замок Отранто». В период с 1765 по 1850 годы готический роман был наиболее читаемой книгопечатной продукцией как в Англии, так и в Европе. Многие исследователи сходятся на том, что одними из главных элементов готических романов являются: замок, либо какие-либо старинные развалины (пассивный элемент, вокруг которого разворачивается действие романа); и готический злодей (активный элемент)». 
Я решила, что вряд ли я «потяну» настоящий готический роман, и приняла решение ограничиться только небольшим рассказом. 
Реально оценив свои силы, я пошла на такой ход. Я взяла историю, произошедшую в действительности, переделала её согласно своим желаниям – заменила в ней имена и фамилии главных героев, изменила кое-что в датировке событий, добавила кое-какие мелочи в ход развития событий, поменяла некоторые биографические данные персонажей, кое-что изменила в окончании истории, и на основании всего этого написала рассказ. В конечном итоге, я получила вот этот вот текст, который здесь и размещаю. 
Насколько хорошо или плохо у меня вышло – судить всем Вам... 
Да, вот ещё что. Хочу предупредить заранее, чтобы потом на меня не сердились. 
Так как это жанр не любовного романа (даже с добавлением мистики), в котором я писала до сего дня, а готический рассказ, то ждать хэппи-энда не приходится. По крайней мере, я его не обещаю. Жанр обязывает!!! 
Так что приготовьтесь...


Голосование:
За - 0 Против - 0
Авторизуйтесь для голосования
Комментарии к работе
Нет комментариев
В Мы ВКонтакте
f Мы в Facebook
Сталкер Зона Творчества

Закрыть окно