Искусство и творчество, воображение и вдохновение – социальная сеть для творческих людей Сталкер. Зона Творчества
СОЦИАЛЬНАЯ СЕТЬ ДЛЯ ТВОРЧЕСКИХ ЛЮДЕЙ
 

Неожиданный убийца





НЕОЖИДАННЫЙ УБИЙЦА
  
Глава 1
Утро, как всегда, началось неожиданно. Казалось бы, что может быть необычного: Солнце тысячелетиями поднимается над горизонтом и заливает своими лучами всю округу. Ан, нет! Каждый раз ты смотришь как темнота, окутывавшая всё, в течение мгновения сменяется оранжево-красным цветом, озаряя всё вокруг своими яркими, радостными лучами.
С некоторых пор смотреть за тем, как Солнце появляется над горизонтом – это единственная радость в моей жизни. Солнце – оно не обманывает. Каждое утро оно поднимается из-за ночной мглы, освещая собой всю Землю с её обитателями.
Наблюдать за восходом Солнца хорошо ещё и потому, что в эти украденные у всего мира моменты я одна, вернее, наедине с ним. Мне хорошо, я вспоминаю прошлое, когда была так счастлива…
Люди редко ценят то, что имеют. Пословица «Что имеем – не храним, потерявши – плачем» в той или иной степени относится ко всему роду людскому. И я не исключение…
Когда-то моя жизнь приносила мне исключительно одну только радость, и я думала, что она будет длиться вечно. Хотя, если бы я тогда задумалась о необходимости ценить каждое замечательное мгновение, изменилась бы моя жизнь? Кто теперь скажет…
Полгода тому назад я была счастливейшей из смертных. Но Боги позавидовали этому. И вот теперь единственное, что мне остаётся – это смотреть на восход и вспоминать о прошлом.
Но расскажу всё по порядку.
С самого раннего детства рядом со мной находился мой самый лучший друг – сын наших соседей. Про такую дружбу говорят «мы выросли вместе». Именно так у нас с Шоном и вышло. Сначала мы вместе гонялись за лягушками и кузнечиками в высокой траве, затем он приносил мне самые вкусные фрукты, потом стал защищать от любой, даже выдуманной, опасности. Шли годы, и друг превратился в любимого. Первый поцелуй, первое робкое прикосновение, объяснение, помолвка, свадьба, первая брачная ночь…
Став женщиной в его объятиях, я боготворила моего возлюбленного. Шон – мой муж, мой защитник. Всё было настолько хорошо, что мне следовало бы тогда задуматься о зависти Богов. Но нет, паря на крыльях моего счастья, я ни о чём не думала.
В тот день я, Шон и наш знакомый Алан направились в лес за цветами и ягодами. Мы играли, гоняясь друг за дружкой, громко кричали и смеялись. Именно тогда поднятый нами шум привлёк внимание проходившего неподалёку воинского отряда. Несколько десятков вооружённых до зубов мужчин, привыкших к ратному делу и мы, трое безоружных людей. Я полагаю, нет необходимости разъяснять, кто оказался победителем в этой схватке…
Нас сковали цепью, и повели за собой. Весь остаток дня мы следовали за отрядом, время от времени замечая задумчивые взгляды, которые бросал на нас его командир. В эти мгновения Шон старался встать так, чтобы закрыть меня от его взгляда. Однако, по большому счёту, мы не обольщались относительно своей дальнейшей судьбы: что может противопоставить крестьянин дворянину?
Вечером предводитель отряда отдал приказ разбить лагерь. Его воины нас накормили и, приковав к толстому дереву, оставили, а сами отправились ужинать и пить вино. К нашему несчастью, через несколько часов захватчики вспомнили о своих пленниках.
Первым забрали Алана и, привязав к столбу, стали забавляться, истязая его. Шон пытался закрыть мне уши, просил меня зажмурить глаза и не смотреть, но запах горящей плоти всё равно доносился до нас.
Алана пытали долго, приводя в сознание и давая некоторое время отдохнуть, а затем всё начиналось опять. Всю ночь мы были вынуждены слушать его крики…
Под утро эта забава наскучила предводителю, и Алана убили, а развлекавшиеся таким образом воины легли спать.
Смерть Алана дала понять, что скоро наступит и наша очередь. Я обняла Шона и всем телом прижалась к нему. Он был бледен, но пытался как-то подбодрить меня. Он нашёптывал мне на ухо ласковые слова, говорил, как любит меня, какая я красивая, что мы обязательно будем вместе в том, лучшем из миров, и уже никогда не расстанемся…
Через некоторое время к нам подошли воины. Я пыталась бороться, но они были сильнее, и Шона вырвали из моих рук. Когда его увели и привязали к тому столбу, у которого пытали Алана, я кусала руки, чтобы не закричать, не отвлечь моего любимого, не лишить его присутствия духа.
Он был спокоен – насколько может оставаться спокойным человек, приготовившийся к мучительной боли и неизбежной смерти. Я смотрела на него, объятая ужасом.
Но в этот момент ко мне подошёл командир отряда и предложил сделку. Меня поставили перед выбором: я по своей воле надеваю браслет раба-донора, и тогда моего мужа не будут пытать так, как Алана. Ему просто подарят быструю и лёгкую смерть от удара кинжалом. Выбор, который практически исключает саму возможность выбирать. У него не было сомнений в том, какое решение я приму.
Тут следует отвлечься от моего рассказа и поведать о том, что представляет собой браслет раба-донора.
Мы живём в мире, который буквально пропитан магией и волшебством. Всё на этой земле подчиняется великим силам природы, заключённым в том или ином магическом предмете. Магией можно принудить человека сделать всё, что душе угодно.
Браслет раба-донора, состоя из переплетённых энергетических потоков, намертво связывает господина с его «собственностью», целиком подчиняя последнего, позволяя законному владельцу полностью контролировать того, на ком он надет, и делать со своей «вещью» всё, что ему угодно. Браслет будет слушаться только его приказов, помогая в любое время дня и ночи определить местонахождение своего невольника.
Кроме того, браслет «высасывает» из раба частички его жизненной энергии, оставляя тому ровно столько, сколько необходимо для поддержания жизни. Всё остальное накапливается и переходит к его хозяину, «питая» его, даря долголетие и укрепляя здоровье. Поэтому, чем больше у того или иного человека рабов, тем дольше он живёт, не зная горя и хворей. Однако главным условием того, чтобы жизненная энергия беспрепятственно переходила от раба к хозяину, является то, что будущий раб должен сам, полностью осознавая, на что он идёт, добровольно и без принуждения надеть на себя браслет. Поскольку сама Природа определила, что жизненных сил у женщины гораздо больше, нежели у мужчины, именно женщины были идеальным вариантом на роль раба-донора.
Помимо этого, сила высасываемой браслетом энергии была в прямой связи с теми чувствами, которые испытывал раб-донор. Как ни странно, но чем счастливее был невольник, тем меньше жизненной силы вытягивал из него браслет. Но если человек страдал, браслет буквально упивался его горем и вытягивал из него всё по максимуму.
Было и ещё одно условие: для раба-донора категорически была запрещена любая сексуальная связь. Если мужчина с женщиной разделяют ложе, то они обмениваются энергией друг с другом. Этого браслет категорически не переносил. Именно поэтому самым оптимальным вариантом бывает раб-донор женского пола, потерявшая своего возлюбленного, тоскующая по нему и не имеющая больше никаких привязанностей.
Таким образом, убивая моего любимого мужа и надевая на меня энергетический браслет, командир получал идеального раба-донора. Для меня в этой ситуации единственным спасением было то, что в случае заключения сделки, моего мужа убьют без мучений, а мне не будет угрожать насилие…
Разумеется, я согласилась. Однако я потребовала от предводителя клятвы честью в том, что он выполнит обещанное, если я добровольно надену браслет. Взяв в свидетели всех присутствующих, небо и Солнце, тот принес свой обет. Тем не менее, я, страшась обмана, заявила, что надену браслет только тогда, когда умрёт мой муж. Командир раздражённо хмыкнул, но спорить не стал.
Шон, находящийся всё это время в отдалении, и потому не догадывающийся о происходящем, беспокойно следил за всеми перемещениями воинов. Увидев, что они отошли от меня, и что мне не причинили вреда, мой муж успокоился и ожидал дальнейшего развития событий.
Отдав все необходимые приказы, командир отряда велел собирать лагерь и готовиться к отъезду. Как только всё было готово, он подал знак своим людям. Схватив Шона за руки, они обрезали верёвку, которой он был привязан к столбу, и подвели к своему предводителю. Тот, не отводя от меня взгляда, медленно вытащил кинжал, и нанёс удар в грудь моего мужа. В ту же секунду его подручные отпустили руки Шона, и он, рухнув на землю, замер без движения.
Шон умер легко, без пыток и насилия, и теперь я спокойно могла выполнить свою часть сделки. Один из воинов подошёл ко мне, подав браслет, который я поднесла к своему запястью. Тонкая серебряная полоска металла, как живая, обвилась вокруг него и, сверкнув вспышкой алого цвета, защёлкнулась, как бы говоря, что всё свершилось с соблюдением всех законов.
Так я стала рабыней-донором командира этого отряда, дарующей ему жизненную силу. Отныне я обязана была исполнять все его приказы и команды. И первым его распоряжением стал приказ следовать за его людьми. Мне не позволили даже подойти к телу моего мужа, обнять и поцеловать его в последний раз…
Дальнейшие дни были похожи друг на друга. Весь день мы шли через лес, направляясь, как я позже поняла, к замку, где воины жили в свободное от походов время. А ночи я, по приказу хозяина, которого звали Брэдом, проводила в его палатке, на расстеленном на полу одеяле. Таким образом, мой хозяин мог быть уверен, что меня не изнасилуют его люди, а, значит, моя энергия не окажется испорченной.
Наконец, мы прибыли в замок. Меня поселили в крыле, где жили слуги, и уже со следующего дня я должна была начать трудиться вместе с ними.
Утром меня вызвал к себе маг и тщательно осмотрел. Убедившись, что я не владею магией и не умею колдовать, он успокоенно улыбнулся. Затем маг проверил уровень моих жизненных сил. Скорбь от потери мужа была ещё слишком сильна, а потому приложенный к моему браслету прибор чуть ли не зашкаливал. Удовлетворённый осмотром маг, разрешил мне уйти. Я пришла на кухню и приступила к работе.
Так дни тянулись друг за другом, складываясь в недели. Недели точно так же медленно, но неотвратимо перетекали в месяцы. Так же тоскливо текла и моя жизнь.
Я часто думала о смерти и призывала её. Мне хватало ума не пытаться самостоятельно свести счёты с собственной жизнью. Меня останавливали две мысли. Первая – желание после смерти встретиться со своим мужем. Я ни секунды не сомневалась в том, что Шон отправился в Рай. Самоубийцы же, как всем известно, туда не попадают. А, значит, если бы я убила себя, то навсегда распрощалась бы с надеждой воссоединиться с моим возлюбленным.
Второй мыслью, которая меня удерживала, был страх перед магическим браслетом, подчинявшимся воле господина. Мог ли он повлиять на меня, и помешать исполнить задуманное? Ответа на этот вопрос я не знала, а потому не рисковала.
И вот, спустя полгода, я стояла у окна и смотрела на растекающийся по небу восход Солнца. Весь замок готовился к празднованию Рождества, а затем и Нового года. Все, кроме меня…
Внезапно раздался чей-то ужасный вопль. Через несколько мгновений хлопнула дверь, и в коридоре раздался топот ног. С громкими криками по коридору бежала служанка. Вслед за криком стали раздаваться хлопки открывавшихся дверей: на её крики из своих комнат начали выходить обитатели замка, пытавшиеся спросонья разобраться в том, что случилось. Любопытство, одно из немногих не покинувших моё сознание черт, заставило и меня выйти из своей комнаты, и направиться к источнику шума.
 
Глава 2
Спустившись по нескольким лестницам и пройдя ряд коридоров, я пошла на звук раздававшегося гомона многих голосов. По мере приближения шума я поняла, где именно оказалась – возле хозяйской спальни, рядом с которой стояли хмурые и растерянные воины. Увидев меня, Карл, помощник хозяина, с громким криком подскочил ко мне и, схватив за руку, подтащил к стоявшей рядом угрюмой толпе.
- Вот, это она. Больше некому. Это она сделала. Эта негодяйка всегда ненавидела господина.
Стоявший рядом маг поднял на меня тяжёлый взгляд и приказал:
- Рина, подойди ко мне.
Я послушно подошла к нему.
Когда я подошла, он, осмотрел меня, прислушался к чему-то, что слышал только он, а потом негромко спросил:
- Это ты убила Брэда?
Моё сердце встрепенулось в приливе радости: человек, убивший моего мужа, теперь и сам был мёртв. Какая замечательная новость! Тем не менее, видя окружавших меня людей, я смирила своё счастье и так же негромко ответила:
- Нет, я этого не делала.
Маг раздражённо пожевал губами, после чего недовольно пробормотал:
- Браслет не даёт ей возможности солгать. Она рада тому, что господин умер, но она сама его не убивала, об убийстве впервые услышала от меня, и не знает, кто именно это сделал.
Толпа разочарованно зашумела. Карл, в полном негодовании зашипев что-то неразборчивое, отпустил мою руку и стал отдавать приказы. В принципе, эти приказы были вполне стандартными и не отличались новизной: обыскать весь замок, отправить воинов на поиски каких бы то ни было следов в округе. Служанкам же следовало навести порядок в замке, комнате хозяина и приготовить для всех жителей замка какую-то еду.
Я с радостью отправилась на кухню и примкнула к работавшим там служанкам. Моя душа пела, всё спорилось в моих руках. Тело моё наполнилось силой и радостью.
Поиски убийцы ничего не дали. Даже маг, тщательно обследовавший всё вокруг, не смог найти никаких следов. По всему выходило, что тот, кто убил Брэда, воспользовался каким-то сложным, отводящим глаза амулетом. Никто не видел, как он вошёл в замок, и точно так же никто не заметил, как он оттуда вышел. Просто какая-то неведомая тень проскользнула через ворота, зарезала спящего господина, и столь же незаметно исчезла. При этом никто не мог понять, почему хозяин, всегда спавший очень чутко, не проснулся, когда в его комнату вошёл чужой.
Преследование тоже не дало никакого результата: единственное, что было обнаружено – это найденный в нескольких десятках метров от замка след от недавно открывавшегося магического портала. Убийца, кем бы он ни был, явно им воспользовался для того, чтобы оказаться возле замка, а потом покинуть это место.
В находившейся рядом с замком деревне тоже ничего не было найдено – кроме каравана торговцев, заезжавшего в деревню пару месяцев назад, больше чужих никто не видел. Карл попытался что-то выяснить относительно этих торговцев, однако и эта ниточка никуда не привела – торговцы просто запаслись едой, распродали некоторые свои товары, а затем покинули деревню, отправившись в сторону другого замка.
Расследование зашло в полный тупик.
Очень часто я ловила на себе тяжёлый и изучающий взгляд мага. У меня складывалось впечатление, что он как будто чего-то от меня ждал. Однако, вскоре я перестала обращать на него внимание. Я была рада, что хозяина убили, однако по большому счёту моё положение нисколько не изменилось.
Спустя неделю, маг огласил завещание Брэда. Наследником всей собственности становился Реус – его незаконный сын, который давно поругался с отцом и жил за пределами замка. Сразу же после обнародования воли покойного, курьер поскакал известить наследника об изменениях в его судьбе.
Последующие несколько дней жизнь в замке не менялась. Однако по истечении недели, ближе к вечеру, в свой дом приехал новый хозяин. Я, вместе со всеми остальными обитателями замка, вышла встречать нового господина, под чью власть, наряду с прочей собственностью, переходила моя жизнь.
Реус тут же созвал всех слуг и ознакомил их с новым порядком. В принципе, жизнь окружающих после приезда нового хозяина нисколько не менялась. Они должны были, как и раньше, выполнять свои повседневные обязанности.
Да, изменения не коснулись никого, кроме меня…
Прежде всего, Реус приказал «рабыне своего отца» выйти на середину зала. Когда я покорно выполнила приказ, он, осмотрев меня с головы до ног, презрительно усмехнулся и во всеуслышание заявил, что сразу же после того, как он получил известие о смерти его родителя и обретении наследства, к нему обратился один из дворян, гостивших и пировавших однажды в замке. Этот дворянин был поражён моей красотой и пожелал выкупить меня, чтобы иметь возможность наслаждаться мной в постели. Но его отец наотрез отказался продавать свою собственность. И вот теперь, когда он стал новым владельцем замка и всего его содержимого, этот дворянин обратился к нему, Реусу, с той же самой просьбой, предлагая за понравившуюся рабыню любые деньги.
Деньги лишними никогда не бывают, здраво рассудил Реус, и подписал купчую. Так что завтра в замок прибудет воин и отвезёт меня к новому хозяину. Хотя лично он, Реус, не понимает этого ненормального, потерявшего голову от страсти, моего нового хозяина, отвалившего за столь невзрачную женщину такую огромнейшую сумму денег. За эти деньги он мог бы купить себе десяток более красивых и молодых наложниц.
Я довольно спокойно приняла эти новости. В принципе мне было совершенно всё равно, что со мной будет дальше и куда меня отвезут. Единственное, что меня удивило, так это та лёгкость, с которой Реус отказался от раба-донора, способного удлинять его жизнь и добавлять здоровья.
После того, как нас отпустили, я направилась к себе в комнату и начала собирать свои нехитрые пожитки, которые скопились у меня за те полгода, что я здесь обитала. Затем я прилегла на кровать и задумалась.
По большому счёту меня не сильно интересовало, кем будет мой новый хозяин, но где-то в глубине души меня терзал маленький червячок беспокойства. С одной стороны, меня серьёзно встревожила фраза, сказанная Реусом о том, что мой новый хозяин испытывает ко мне страсть. Значит, он может пренебречь моим статусом, и перевести из разряда рабыни-донора в наложницу. Это было бы ужасно. Однако, сколько бы я ни пыталась вспомнить, никто из гостей моего прежнего хозяина, ранее приезжавших в замок, не выказывал такой дикой страсти ко мне и желания, говоря словами Реуса, «наслаждаться моим телом».
С другой стороны, новый хозяин мог оказаться как нормальным человеком, так и тираном, получавшим наслаждение от чужих страданий. Смогу ли я выдержать ежедневные истязания? И как долго в этом случае я смогу «протянуть» в руках мучителя? Хотя если мой новый хозяин сократит срок моего пребывания в этом мире, то у меня будут все шансы как можно скорее встретиться с Шоном. Размышляя подобным образом, я, сама того не заметив, уснула.
Утром меня разбудила одна из девочек, прислуживающих на кухне. Я оделась, взяла котомку с вещами и спустилась вниз. Оставив вещи на полу в коридоре, я решила перекусить перед дальней дорогой.
Мой завтрак уже подходил к концу, когда на пороге появился главный маг. Он посмотрел на меня и приказал подойти к нему. Зная, что с разъярённым магом шутки плохи, я стремительно поднялась со стула и подошла к нему. Оглядев меня со всех сторон, маг буквально прошипел:
- Этот молодой идиот подписал купчую, даже не посмотрев на то, что ему отныне принадлежит. Он даже не знал, кем именно являлась проданная им рабыня его отца. От «великого ума» он посчитал тебя очередной наложницей. Когда я рассказал ему о том, что ты – рабыня-донор, он готов был локти себе кусать. Да вот только сделать-то уже ничего нельзя: подписанная ним купчая сразу же была заверена магом, специально привезённым из муниципалитета. Если теперь этот глупец Реус, откажется отдать тебя новому хозяину, на него падёт магическое проклятие.
Маг замолчал, а я буквально приросла к полу. Казалось, что от взбешённого мага сейчас начнут в разные стороны разлетаться искры самого настоящего пламени. Я стояла, ни жива, ни мертва: давно уже мне не было так страшно, как сейчас. Маг, продолжая разглядывать меня, помолчал, а потом, прилагая заметные усилия для того, чтобы взять себя в руки, вновь заговорил:
- Слишком хорошо всё продумано было с этой сделкой. Слишком! Время было выбрано чересчур удачно – этот покупатель настолько вовремя прибыл ко двору Реуса, будто точно знал, что всё у нас изменится в самом ближайшем будущем. И забирать тебя приедет наёмник, не знающий кто именно тебя купил, неспособный рассказать нам всем про его сильные и слабые стороны. Если бы я не был уверен, что ты не имеешь никакого отношения к смерти Брэда, и ничего об этом не знаешь, то я бы именно тебя первой и заподозрил бы. Ведь, по большому счёту, только тебе была выгодна его смерть. А, может быть, это сделал кто-нибудь из твоих родственников?
Я подняла голову, и смело посмотрела в глаза мага:
- Мои родители умерли достаточно давно. Из всех родственников у меня оставался только один муж, которого на глазах десятков людей убил господин. Мстить за меня больше некому…
Маг скривился и расстроенным голосом ответил:
- Да, к сожалению, ты права. Я заглянул в магическое Зеркало, и сам видел, как Брэд отправил твоего мужа на встречу с предками. Но я проверил все направления – ну, не было в данный момент у Брэда столь серьёзных врагов, желавших его смерти. Года два тому был у него смертельный враг, поклявшийся непременно убить его. Однако Брэд, как всегда, опередил всех и первым нанёс удар. А сейчас всё по-другому. К тому же, я же вижу и чувствую, что всё покушение было спланировано и сделано при помощи магии.
- Я совершенно не владею магией, - негромко ответила я. – И Шон тоже не был магом.
Маг досадливо взмахнул рукой:
- Да, знаю я, что это так, знаю. В противном случае я бы занялся тобой без промедления, в то же самое утро, когда убили Брэда. Однако от этого преступление не становится менее понятным. И где мне теперь искать убийцу? А теперь ещё и ты – последняя ниточка – уезжаешь. Так бы можно было бы последить за тобой, а теперь что мне делать?
Сочтя этот вопрос риторическим, я вновь опустила голову и промолчала.
Маг постоял рядом ещё несколько секунд, а затем, в полном раздражении смахнув со стола всю посуду, пошёл прочь. Дождавшись, когда он удалится на безопасное расстояние, я прошла в коридор, и, усевшись на стул, стала ждать, когда за мной приедут.
Через полчаса ожидания в замок прискакал воин, ведя в поводу ещё одну крепкую и выносливую лошадь. Данный факт меня сильно порадовал: я ещё не забыла, как пешком шла в этот замок по размокшим от дождя тропинкам и холмам. Теперь же за меня ноги будет переставлять лошадь…
Спустившийся вниз Реус злобно взглянул на меня, а затем приказал подойти. Взяв меня за руку, он внимательно посмотрел на мой браслет раба-донора. Несколько мгновений Реус боролся с охватившим его гневом. Глядя на него, я уже начала серьёзно опасаться того, что он сейчас набросится на меня с кулаками. Тем не менее, хозяин, в конце концов, справился с собой. Взглянув на спешившегося наёмника, терпеливо ожидавшего нашего прихода, Реус махнул мне рукой и велел следовать за ним. Я вышла на двор и, вместе с господином, направилась к прибывшему посланцу.
Реус подошёл к воину и перебросился с ним несколькими словами. Судя по тому, как они разговаривали между собой, я поняла, что хотя бы однажды они уже встречались. Затем Реус велел мне подойти вплотную к ним обоим. Приложив свою руку к моему браслету, Реус громко произнёс полагающиеся слова о купле-продаже рабыни. После этого к моему браслету приложил руку и наёмник. Негромко он повторил сказанные слова о том, что он даёт слово отвезти меня к новому хозяину. Отныне, до тех пор, пока меня не передадут с рук на руки новому господину, этот воин будет распоряжаться мною всецело.
Завершив ритуал, мой провожатый проворно подвёл ко мне лошадь и, ловко подсадив, помог сесть в седло. Убедившись, что я устроилась надлежащим образом и крепко держусь за луку седла, он, удовлетворённо кивнув, передал мне поводья моей лошади и пошёл к своему коню. Легко вскочив в седло, воин взмахнул рукой на прощание Реусу, и направился к воротам замка. Я последовала за ним, боясь оглянуться, и спиной ощущая злобные и разочарованные взгляды, которыми меня провожали Реус и главный маг замка.
 
Глава 3
Ехать верхом на лошади даже тому, кто не очень хорошо умеет это делать, всё равно гораздо лучше и значительно удобнее, нежели идти по всем этим горам пешком. Поэтому в начале нашего путешествия я не особо задумывалась о конечной его цели, наслаждаясь необычными ощущениями. Кроме того, усилия, которые тратились на управление лошадью, невзирая на то, что лошадка мне попалась очень спокойная, занимали почти всё моё внимание. Однако вскоре я наловчилась управляться с уздечкой и стременами, и стала обращать внимание на то, что меня окружало. Однако, ничего интересного не происходило. Поверьте, если час за часом ты едешь, а вокруг так ничего и не происходит, то поневоле тебя начинает охватывать скука. Так случилось и со мной: я заскучала, и решила выяснить, как долго ещё и куда именно нам предстоит держать путь.
Услыхав мой вопрос, воин поднял голову, посмотрел на меня, а затем ответил:
- Зови меня Габриэлем. Ехать нам предстоит около двух недель. Куда – сама увидишь, когда приедем. Если тебе что-то понадобится, сразу говори мне.
Я кивнула и отвернулась. Проблем у меня пока, кроме скуки, не было никаких, но кто знает, что нас ожидало в течение всего времени, которое мы проведём в пути.
Ещё через несколько часов Габриэль сделал привал. Он помог мне спуститься с лошади, и тут я почувствовала, что езда в седле далеко не всегда безболезненна. Пока я пыталась расходиться и заставить кровь в затекших ногах бежать быстрей, Габриель достал из сумки два свёрнутых одеяла, еду и флягу с водой, после чего позвал меня кушать. После обеда, он протянул мне одеяло, и посоветовал отдохнуть, и, по возможности, попытаться поспать. Я послушалась здравого совета и, завернувшись в одеяло, попыталась дать отдых уставшему телу.
Через несколько часов Габриэль разбудил меня, вновь помог сесть в седло, и мы снова тронулись в путь.
Дальнейшие дни ничем не отличались друг от друга. Утром мы вставали, завтракали, садились на коней и ехали по дорогам и лесам до обеда. Поев и отдохнув, мы вновь продолжали путь. Вечером Габриэль снимал меня с лошади и, накормив ужином, укладывал спать. Единственное, на что я обратила внимание, так это на то, что путешествовали мы исключительно по лесным дорогам и ни разу не подъезжали к находившимся неподалёку от леса деревушкам. Складывалось впечатление, что Габриэль всеми силами старался уберечь нас от людских глаз, дабы, в случае если бы нас вдруг кто-то попытался бы найти, никто из селян или посетителей трактиров не смог бы рассказать о нас, описать: когда именно и куда мы направляемся.
Через две недели, проехав очередной лес, мы выехали на аккуратную полянку, на которой стоял большой деревянный дом. Подъехав к нему, Габриэль спрыгнул с лошади и, по давно заведённой практике, помог спуститься мне. После этого он повёл обеих лошадей на конюшню, скрывшись в её глубине.
В этот момент я услышала, как скрипнула, открываясь, дверь, и из дома вышел представительный мужчина. Хотя он был сравнительно молод, во всех его движениях чувствовалась привычка к командованию. Однако это была не та властность, которую даёт высокое происхождение или воинский опыт. Нет. Такую манеру поведения давала только одна-единственная сила – магия. Теперь я уже не сомневалась в том, что моим новым хозяином стал маг.
Маг внимательно рассматривал меня, затем подошёл и провёл рукой по щеке. Ощутимым усилием воли я заставила себя стоять ровно и не отшатнуться. Маг усмехнулся, скользнул взглядом по моему браслету, а потом задал мне вопрос:
- Ты хочешь быть моей любовницей?
Я удивилась: маг прекрасно видел браслет раба-донора, однако настаивает на том, чтобы я стала его любовницей. Неужели ему не нужна моя сила?
- У нас с тобой родятся замечательные дети, – мечтательно пробормотал маг.
И вот тут я уже испугалась по настоящему. Справиться с магом я не смогу никогда. В любом случае он всё равно будет сильней меня, способный одолеть моё сопротивление как при помощи магии, так и при помощи простой физической силы. Однако рождённый от мага ребёнок, зачатый в насилии, вберёт в себя все страдания матери и всю негативную энергию, способную развить в плоде кучу недостатков и взрастить ненависть и злобу. Значит, я должна сделать так, чтобы мой ребёнок не был зачат во время изнасилования. Поэтому я покорно проговорила:
- Я буду делать всё, что угодно моему господину.
Маг поморщился и уже чуть более раздражённо проговорил:
- Не прикидывайся дурочкой – я этого не люблю. Говори только «да» или «нет». Я не спрашиваю тебя о том, чего именно хочу я. Это мне и так известно. Я задаю тебе совершенно конкретный вопрос, и хочу получить на него столь же конкретный ответ: хочешь ли ты сама, по доброй воле, разделить со мной ложе?
- Если это зависит только от меня, - сказала я, глядя в глаза магу, - то я не желаю удовлетворять твои мужские желания.
- Вот это уже совсем другое дело, - удовлетворённо кивнул маг. – Значит, тоска по свободе и рабство ещё не уничтожили силу твоего духа.
Сама не зная почему, я ответила откровенно:
- У меня нет никакой силы духа. Я давно умерла, просто тело моё ещё этого не поняло.
- Почему ты говоришь, что ты мертва? - внимательно глядя на меня, спросил маг.
Я пожала плечами:
- Несколько месяцев тому назад моего любимого мужа убили. Теперь мне только и осталось ждать, когда смерть вновь соединит нас.
- Ты так сильно любила своего мужа? – негромко спросил маг.
Я отвернулась, и, глядя на плывущие по небу облака, кивнула:
- Да, я очень его любила.
- Скажи, - задумчиво поинтересовался маг, - а если бы я при помощи некромантии оживил бы его, ты легла бы в мою постель?
Повернувшись к магу, я застыла, пытаясь осознать всё сказанное им. Подумав, я ответила:
- Я не маг, но даже я знаю, что некромантия не оживляет человека. Ты получишь бездушную куклу, зомби, слепо подчиняющуюся приказам. Нет, я не хочу такой судьбы для своего любимого.
Маг хмыкнул, а потом, всё так же внимательно и даже испытующе, глядя на меня, негромко поинтересовался:
- А если я скажу тебе, что человек, наносивший удар кинжалом в грудь твоему мужу, делал это не очень внимательно, не глядя, куда именно он бьёт, и вместо смертельного удара только тяжело ранил его. Да, он оставил мужчину умирать, и через несколько часов ранение, действительно, свело бы его в могилу. Но, на всеобщее счастье, именно в тот момент я шёл через этот лес и наткнулся на раненого. Увидев, что ему ещё можно помочь, я оказал мужчине всю необходимую помощь. Я забрал его сюда и лечил до тех пор, пока его здоровье полностью не восстановилось. Что ты теперь скажешь? Достоин ли мой поступок запрошенной мною награды?
Всё время пока маг говорил, я не могла поверить тому, что слышали мои уши. Шон жив? Неужели? Внезапно я услышала, как где-то невдалеке заливисто пели птицы, как где-то рядом весело журчал ручеёк, рассмотрела красоту цветов, густо разросшиеся кругом. Я чувствовала, как в мою душу возвращаются все краски жизни, как надежда робко пробуждается в моём сердце. Если всё так, как говорил этот маг, то значит, моя жизнь снова приобретала смысл.
- Да, - кивнула я, осознав всё, сказанное магом. – Я расплачусь за жизнь моего мужа так, как ты хочешь.
Маг грустно улыбнулся и вновь погладил меня по щеке:
- Ты прошла все испытания. Да, ты отдашься мне из чувства благодарности, но зачем мне тело, если душа твоя будет всегда принадлежать другому. Невзирая на то, что ты считала мужа мёртвым, ты по-прежнему верна ему и духом, и телом. Вы достойны друг друга, а потому должны вновь стать едины.
С этими словами маг положил руку на мой браслет, и через несколько секунд тот с лёгким щелчком раскрылся и упал на землю. Подняв его, маг торжественно проговорил:
- Теперь ты больше не рабыня, а я – не твой хозяин. Ты свободна и можешь присоединиться к своему мужу. – Улыбнувшись, маг продолжил: - Кстати, он скоро будет здесь. Мы не ожидали, что Габриэль так быстро привезёт тебя, и рассчитывали, что вы появитесь здесь не раньше завтрашнего дня. Только поэтому Шон решился уехать: с самого утра он отправился проверять поставленные накануне ловчие силки. Я думаю, что уже достаточно скоро он вернётся с охоты, и, наверняка, с добычей. Поэтому, пойдём в дом. Ты поешь и отдохнёшь до приезда мужа. А, кроме того, нам надо очень о многом поговорить. Кстати, меня зовут Стефан.
С этими словами маг развернулся, и пошёл к дому.
 
Глава 4
Я пошла вслед за магом. В моей голове всё ещё не укладывалось то, что мой любимый Шон, оказывается, жив. И он здесь, он ждёт меня.
«Стоп! – оборвала я сама себя. – Если Шон жив, то всё, что произошло в замке Брэда, теперь стало видеться мне совершенно под другим углом. Не имеет ли он какого-то отношения к убийству, подарившему мне свободу?»
- А не связан ли каким-то образом Шон с убийством моего хозяина?
Стефан ласково улыбнулся и одобрительно погладил меня по голове:
- Умница! Ты мыслишь в верном направлении. Разумеется, каждый из нас – и я, и Шон, и Габриэль – имеем самое прямое отношение к смерти Брэда. Садись на стул, и поешь, а я пока расскажу тебе, как было дело.
Я покорно уселась за стол, взяла лежащий на тарелке кусок хлеба. Утоляя голод, я приготовилась слушать рассказ мага.
История, которую он мне поведал, была одновременно и простой, и сложной. Сразу же, когда маг нашёл Шона и начал лечение, он, отправив магического вестника, вызвал своего ученика Габриэля, с тем, чтобы тот помог своему учителю ухаживать за раненым. Через некоторое время Шон пришёл в сознание, и смог рассказать о том, что с ним случилось, а потом попытался подняться, чтобы отправиться на мои поиски. Но Шон был ещё слишком слаб, и Стефан запретил ему подниматься с постели, а по моему следу отправил Габриэля.
Считав ауру Шона, Габриэль отправился на то место, где маг нашёл моего мужа. Муж и жена связаны между собой незримыми узами, а потому, Габриэль достаточно быстро отыскал след моей ауры. Проследовав по нему, ученик мага вышел к замку. Выяснить, где я и что происходит в замке, не составило для него особого труда: накинув на себя морок, Габриэль смог побродить по деревушке, расположенной у стен замка и узнать местные слухи и сплетни и выяснить, кто является его владельцем и что в замке происходит. Соваться в сам замок Габриэль не решился, резонно опасаясь столкнуться с магом, для которого его морок не стал бы преградой.
- Знаешь, - продолжал делиться со мной маг, - самым сложным было не составить план твоего спасения, а удержать здесь твоего мужа. Сама понимаешь, о чём он думал, когда узнал, что ты стала рабыней.
Я кивнула. Не надо иметь много ума для того, чтобы догадаться об его мыслях и выводах, к которым он пришёл.
- Однако, - сказал Стефан, - когда мы выяснили, что ты носишь браслет раба-донора, то стало полегче. Шон, которому мы объяснили, что это значит, успокоился и начал, наконец, думать. Он согласился предоставить действовать мне.
Тут Стефан хитро улыбнулся, и, подмигнув, добавил:
 - Я, конечно, не стал ему говорить, что отнюдь не самый сильный маг на свете. Если бы твой муж знал о реальном потенциале моей силы, то я не смог бы удержать его здесь никакими разумными доводами. Когда он узнал правду, я думал, что он прибьёт меня на месте.
Я рассмеялась.
Дальше маг рассказал мне о том, как именно проходила подготовка к моему освобождению. Собрав всё необходимое, Стефан сделал несколько амулетов, каждый из которых мог совершать то или иное действие. Затем, когда всё было сделано, им нужно было дождаться наступления дня зимнего солнцестояния – именно в эту, самую длинную в году ночь, сила Стефана достигала наивысшего предела. Именно поэтому мне и пришлось прожить в замке Брэда до наступления зимы. Кроме того, подготовка к рождественским праздникам, также изрядно помогла моим спасителям-заговорщикам. Очень многие, кто мог бы создать им реальные проблемы, сейчас занимались совершенно другими делами…
И вот настала та самая ночь, которую долго ждали. Стефан создал два портала и в течение нескольких часов поддерживал их, напитывая магической силой. По плану Шон должен был сначала войти в первый портал, убить Брэда, затем вернуться обратно в домик Стефана. После этого маг через второй портал отправил бы моего мужа к замку, где жил Реус, информацию о существовании которого нашёл для них Габриэль, рыскавший по всей округе и собиравший все необходимые для успеха операции сведения.
- Именно тогда я и сказал Шону, что мои силы довольно ограничены, и твой муж должен строго придерживаться заготовленного плана, иначе всё рухнет, - хмыкнув, поведал мне Стефан. - Когда Шон узнал, что у него не будет времени даже подойти к тебе, сказать, что он жив, убедиться, что и ты здорова, он такого мне наговорил…
Тем не менее, план начали воплощать в жизнь. Шон, надев отводящий от него внимание амулет, пройдя через портал, оказался возле замка Брэда. Амулет позволил ему беспрепятственно до

НЕОЖИДАННЫЙ УБИЙЦА.doc [cкачать]


(загружено 1 раз)


Описание работы:
НЕОЖИДАННЫЙ УБИЙЦА
Автор: Arven
Персонажи: Люди
Рейтинг: G
Жанры: фэнтези, детектив
Размер: рассказ
Описание: было совершено убийство. Но кто же убийца?
Статус: завершён


Голосование:
За - 0 Против - 0
Авторизуйтесь для голосования
Комментарии к работе
Нет комментариев
В Мы ВКонтакте
f Мы в Facebook
Сталкер Зона Творчества

Закрыть окно