Искусство и творчество, воображение и вдохновение – социальная сеть для творческих людей Сталкер. Зона Творчества
СОЦИАЛЬНАЯ СЕТЬ ДЛЯ ТВОРЧЕСКИХ ЛЮДЕЙ
 

Стихотворное Евангелие. Главы X - XVIII



Стихотворное Евангелие. Главы X - XVIII

Х 


Во Ерихоне, славном граде, 
К Иисусу рвался богатей, 
Который словно о награде 
Мечтал о встрече с Ним, Закхей. 

Никто с ним в городе не знался 
И не здоровался никто. 
Он главным мытарем считался 
И ненавидим был за то. 

Иисус сказал ему: "Возлягу 
С тобой Я нынче пировать", - 
И осчастливил тем беднягу. 
А люди начали роптать. 

Тогда сказал Он притчу: "Двое 
Вошли с молитвою во храм. 
И был один душой спокоен, 
Что Бог бандитам и ворам 

Не сотворил его подобным, 
Что был он славный фарисей, 
А не мытарь с обличьем злобным, 
Живущий в мерзости своей. 

Другой же поодаль молился, 
Не смея даже глаз поднять, 
И всей душой своей казнился, 
Не мог рыдания унять, 

И к Богу вопиял открыто, 
Чтоб был Он милостив к нему, 
Поскольку грешник он и мытарь 
И ненавидим потому. 

И Богом был в тот час услышан 
Сей грешник более, чем тот: 
Смиренный будет Им возвышен, 
Себя же хвалящий - падёт". 

Закхей сказал тогда: "Учитель, 
Богатство нищим я раздам, 
А если был кому мучитель, 
Тому я вчетверо воздам". 

Иисус сказал: "За отреченье 
От денег, Бог тебя простил. 
Моё в миру предназначенье - 
Средь вас погибшее спасти". 

В селе Вифания в ту пору 
Был муж, имевший двух сестёр. 
Он заболел, и очень скоро 
Всевышний длань над ним простёр 

И дух изъял его. И сразу 
Иисусу сестры донесли: 
"Учитель, умер друг Твой, Лазарь, 
Его спасти мы не смогли''. 

Иисус, придя в селенье это, 
Был встречен сёстрами. Одну 
Мы на страницах этих где-то 
Уже встречали. Намекну: 

Она Учителю слезами 
Обмыла ноги, а потом 
Своими вытерла власами 
И умастила их притом. 

Иисус, увидев скорбь людскую, 
Сам опечалился, и рёк: 
"Воскреснет брат ваш, и такую 
Вам сипу ни один пророк 

Здесь не являл. В Меня лишь верьте, 
Кто с верой имя призовёт 
Моё, тот не подвластен смерти, 
И, умерев, он оживёт". 

И, подойдя ко склепу, камень 
Велел отдвинуть Он, а Сам 
Сказал с воздетыми руками: 
"Отец, пусть верят чудесам, 

Через Меня Тобой творимым", - 
И крикнул: "Лазарь, выходи!" - 
И воскресенье стало зримым, 
И вопль раздался из груди 

Толпы, от ужаса дрожавшей, 
Когда из гроба вышел сам 
Покойный, в саване лежавший, 
Четыре дня пробывший там. 

Туман сомнений был рассеян, 
И люди веру обрели. 
Но были те, кто к фарисеям 
С доносом на Христа пришли. 

Те, совещаясь, говорили: 
"Что делать с тем Иисусом нам? 
Давно в Израиле не зрили 
Подобного. Сим чудесам 

Народ не может не поверить. 
Он к нам идёт, мы ж ничего 
Не можем сделать, чтоб умерить 
Рост популярности Его. 

И вскоре чернь Ерусалима 
Провозгласит Его царём 
И нашу кровь когорты Рима 
Прольют на улицах ручьём!" 

Кайафа же первосвященник 
Сказал: "Уж лучше пусть умрёт 
За всех людей один мошенник, 
Чем пострадает весь народ". 

В тот день собранье порешило 
Убить строптивого Христа, 
И над Христом крыла раскрыла 
Тень деревянного креста. 

Искариоту посулили 
Там сребренников тридцать дать, 
И с тем к Иисусу отпустили, 
Чтоб мог он им Его предать. 


XI 


И за неделю перед Пасхой 
Иисус узрел Ерусалим. 
С обычной кротостью и лаской 
Сказал тогда Он бывшим с Ним: 

"В селенье ближнее идите, 
Отсюда видимое нам, 
И Мне ослёнка приведите, 
Которого найдёте там. 

Он не объезженный, и будет 
У врат привязанный стоять; 
И если вас окликнут люди, 
Должны вы будете сказать, 

Что Господу он нужен срочно". 
И те, которых Он послал, 
Пошли в селение, и точно 
Нашли всё так, как Он сказал. 

И, приведя осла, покрыли 
Его одеждою своей. 
Затем Иисуса посадили 
Поверх одежды той, и всей 

Немалочисленной толпою 
Направились в престольный град. 
И был Иисусовой тропою 
Ковёр из веток пальмы, рад 

Был люд мостить тот путь одеждой, 
Тропинку тканью опестря. 
И со счастливою надеждой 
Все восклицали, говоря: 

"Благословен Грядущий ныне 
Во имя Господа Небес! 
Он всех врагов Своих низринет, 
И Лазарь, друг Его, воскрес, 

Едва сказал одно Он слово, 
Такого не было и встарь. 
Царя не нужно нам иного, 
Да здравствует великий Царь!" 

Был фарисеем крик исторгнут: 
"Смири их, что мы слышим тут?" 
Но Он сказал: "Коль люди смолкнут, 
То камни здесь возопиют!" 

Весь город спрашивал: "Кто это?" 
И был ответ сквозь шум и гам: 
"Сей есть Пророк из Назарета, 
Давидов Сын, пришедший к нам". 

Войдя же в храм, Он опрокинул 
Столы торговцев и менял 
И деньги на пол их низринул, 
И их прилюдно укорял: 

"Ужель Писанье вы забыли? 
Был для молитвы этот дом, 
А вы с успехом превратили 
Его в разбойничий притон!" 

Когда ж в сокровищницу клали 
Богатые свои дары, 
Две лепты скромные упали 
Из рук стоявшей до поры 

Смущённо в отдаленьи нищей. 
Иисус же рёк сии слова: 
"Те лишней козыряли тыщей, 
А эта бедная вдова 

Всё положила, что имела, 
Всё пропитание своё, 
И потому скажу вам смело: 
Дар всех ценнее - от нее". 

Ученики же вопросили, 
Зря урождённого слепца: 
"Учитель, в том несчастьи были 
Виной грехи его отца 

Иль за свои слепец в ответе?" 
Иисус сказал на это: "Нет. 
Он был слепым рождён на свете, 
Чтоб воссиял для мира свет. 

Пока Я здесь, Мне делать должно 
Меня Пославшего дела, 
Что без Меня здесь невозможно, 
Ничья б то сила не смогла". 

Сказав сие, Он сделал бренье, 
Помазал им глаза слепца, 
И возвратил страдалец зренье, 
Умыв водою верх лица. 

Про то проведав, фарисеи 
Из храма выгнали его. 
Иисус, душой о нём радея, 
Нашёл несчастного того: 

"Ты веруешь ли а Сына Божья?" - 
Спросил его наедине. 
"Когда бы это было ложью, 
Ты не открыл бы очи мне", - 

Ответил тот и поклонился. 
Иисус же молвил: "Для того 
Я в фарисейский мир явился, 
Что, зря, не видят ничего, 

Слепцами ж прочих возомнили. 
Пребудет гнев на таковых! 
Когда б они слепыми были, 
Греха бы не было на них". 

Тут фарисеи блудодейку 
Во храм к Иисусу привели, 
И говорят: "Казнить злодейку 
Мы по закону бы могли, 

Но нам хотелось знать, Учитель, 
Что в этом деле скажешь Ты? 
Ты веры истинной ревнитель, 
Твой суждения чисты, 

Как Божий путь. Не прекословя, 
Мы подчинимся. Как нам быть?" 
Сказали ж это, чтобы в слове 
Его пред всеми уловить. 

Ответ Иисуса был неспешен. 
К ним повернувшись головой, 
Он молвил: "Тот, кто сам безгрешен, 
Пусть первым бросит камень свой". 

Те, слыша совести укоры, 
От обвиненья отреклись, 
Каменья спрятали, и скоро 
Все постепенно разошлись. 

И только женщина, страдая, 
Стояла в трепете души. 
Он рёк: "И Я не осуждаю 
Тебя. Иди и не греши". 


XII 


Но фарисеи уж прислали 
К Нему своих учеников. 
И те Иисуса вопрошали: 
"Скажи нам без обиняков, 

Должны ль на Римлян мы работать, 
Чтоб им оружие ковать, 
И позволительно ли подать 
Царю нам Римскому давать?" 

Он превосходно им ответил, 
Их души взглядом отворя: 
"Чей лик на пошлинной монете?" 
Те молвят: "Римского царя". 

Тут Он сказал: "Запоминайте 
Теперь на многие года: 
Царю царёво отдавайте, 
А Богу - Божие всегда". 

Тогда законник, искушая, 
Спросил, в надежде на успех: 
"Учитель, заповедь какая 
В законе большая из всех?" 

Иисус ответил: "Вот то слово, 
Какое следует хранить: 
Во-первых, Бога вам Живого 
Всем сердцем надо полюбить, 

И во-вторых, души не сгубит, 
Её грехами огрубя, 
Лишь тот, кто ближнего возлюбит, 
Как любит самого себя". 

Но тот спросил: " А ближний кто мне?" 
Иисус же притчу рассказал: 
"Вот, некто, живший в Ерихоне, 
Едва бесследно не пропал. 

В пути попался он бандитам, 
И те ограбили его 
И бросили, сочтя убитым, 
Окровавлённого всего. 

Тем местом проходил священник 
И, видев всё, побрёл домой. 
А обстоятельств страшных пленник 
Лежал с разбитой головой. 

Немного позже повторилась 
История. Теперь левит 
Рёк, проходя: "Скажи на милость, 
Ведь он, наверное, убит!" 

И только некий Самарянин, 
Который иноверец был, 
И не священник, а мирянин, 
Помочь несчастному решил. 

Возлив елей ему на раны, 
Он туго их перевязал, 
Отвёз в корчму его, и рано 
С утра хозяину сказал: 

"Вот деньги. От забот и болей 
Избавь избитого, а там, 
Когда истратишь что и боле, 
Я возвратясь, тебе отдам". 

Из трёх прохожих, кто же ближним 
Страдальцу будет, выбирай?" 
- Последний, с званьем непрестижным. 
- Иди, и так же поступай. 

Затем народу так сказал Он, 
Когда во храме шум затих: 
"Вам эта притча показала, 
Сколь лучше грешники иных, 

Что председают в синагогах 
И на пирах руководят, 
А для несчастных и убогих 
И пальцем не пошевелят. 

Святоши эти лишь снаружи 
Полны душевной красоты, 
А внутрь взглянувши, обнаружишь, 
Как много там нечистоты. 

Страшитесь гнева, лицемеры, 
Когда придёт последний суд! 
Благочестивые манеры 
Вас от геенны не спасут. 

Самим вам рай давно не светит, 
Но это вовсе не беда. 
Страшнее то, что Божьим детям 
Вы вход заделали туда. 

И домы вдов для вас съедобны, 
Вы в том не чуете вины, 
Гробам окрашенным подобны 
И беззакония полны! 

Своих не видите пороков, 
Себя считая выше их. 
Когда же шлю Я к вам пророков, 
Вы склепы строите для них. 

К вам, фарисеи, чуждый лести, 
Я вам притворства не прощу, 
И, всех собрав в одном вас месте, 
Всю кровь пророков с вас взыщу! 

Есть вещи пострашнее смерти, 
И знай, гонитель правды всяк, 
Что будет явлено во свете 
Всё, что скрывает нынче мрак. 

Ерусалим! Настанут сроки, 
Сойдешь от горя ты с ума, 
Заброшены и одиноки 
Твои окажутся дома, 

И враг в тебе все камни сдвинет 
И разорит тебя всего, 
За то, что не узнал ты ныне 
Дня посещенья твоего". 


XIII 


Когда, покинув стены храма, 
Взошёл на гору Он, Его 
Ученики спросили прямо, 
Найдя в том месте одного: 

"Учитель, было бы удобно 
Кончину века всем узнать, 
Когда б Ты рассказал подробно, 
Как нам её предугадать". 

Иисус ответил: "Берегитесь, 
Чтоб не прельстил вас сатана, 
И лжепророков сторонитесь. 
Когда же голод и война 

Постигнут вас, не ужасайтесь, 
Всё то должно произойти; 
Долготерпением спасайтесь 
На вашем праведном пути. 

Тогда восстанет брат на брата, 
Чтоб поражать и в глаз, и в бровь, 
Тогда во многих без возврата 
Бесчинства выстудят любовь. 

И все народы вас осудят, 
И предадут вас топору. 
Тогда Евангелие будет 
Всем проповедано в миру. 

И тут конец наступит света 
И скорбь такую принесёт, 
Что не была дотоль воспета 
И впредь уж больше не грядет. 

Когда б продлилось это время, 
Здесь не осталось бы живых. 
Но Бог облегчит ваше бремя, 
Спасая избранных Своих. 

Тогда не верьте тем, кто станут 
Рождать сомнения в душе, 
Поскольку лжехристы восстанут, 
Прельщая избранных уже. 

И скроет солнце тьма густая, 
Весь свет от мира заслоня, 
И племена Земли, рыдая, 
Узрят как молнию Меня. 

И Ангелы Мои с трубою 
Ко Мне народы соберут. 
Я их поставлю пред Собою 
И совершу над ними суд. 

И отделю Я род лукавый, 
Из стада выведя козлов, 
И лютой накажу расправой 
Всех, кто был к ближнему суров. 

А кто не ведал здесь лукавства 
И был Мне верен до конца, 
Тем Я скажу: "Примите Царство, 
Благословенные Отца! 

Я алкал, вы Меня кормили, 
Был наг, одели вы Меня, 
В темнице мрачной посетили, 
Свои сомненья отстраня". 

Те скажут: "Господи, не помним, 
Чтоб Ты бывал у нас в стране". 
А Я скажу: "Любым бездомным 
Мог оказаться Я вполне". 

И потому - готовы будьте, 
В любой из дней могу придти, 
И в непорочности пребудьте, 
Чтоб души вам свои спасти. 

Поскольку поступлю Я с вами, 
Как тот хозяин поступил, 
Что меж подвластными рабами 
Своё именье разделил. 

По силе каждого отмерил 
Таланты мудрый господин: 
Кому-то целых пять доверил, 
Кому-то - два, кому - один. 

Те, что помногу получили, 
Употребили серебро 
На дело, и довольны были, 
Что увеличили добро. 

А тот, кому один достался 
Талант, его поспешно скрыл 
И в землю, чтобы не добрался 
Кто до него, его зарыл. 

Когда ж вернулся из похода 
Хозяин после многих дней, 
Со слуг потребовал отчёта, 
Их ожидая у дверей. 

И первый молвил, поклонившись: 
"Хозяин, пять талантов мне 
Ты вверил. После, изловчившись, 
Я приумножил их вдвойне". 

Хозяин молвил: "Молодчина! 
Тебе я радость возвещу 
И из холопа в господина 
Тебя за верность обращу". 

Второй слуга сказал: "Прилежных 
Здесь позавидуешь судьбе, 
И вместо двух талантов прежних 
Четыре я принёс тебе". 

- Ну что же, и тебя прославлю, 
Тобой доволен я вполне, 
И над большим тебя поставлю, 
Коль в малом был ты верен мне. 

Тут и последний слово вставил 
И еле слышно произнёс: 
"Один талант ты мне оставил, 
Один тебе я и принёс". 

Хозяин в гневе молвил: "Что же 
Не поступил ты, как они? 
Когда б ты был к себе построже, 
То не терял бы даром дни. 

Итак, талант его возьмите, 
Отдайте первому рабу, 
А этого во тьму швырните, 
Пусть не пеняет на судьбу!" 

Дары свои не смейте рушить, 
А умножайте их, храня. 
И пусть имеющие уши 
Расслышат правильно Меня. 

А если от мирских страданий 
Впадёт в унынье кто из вас, 
То вместо суетных мечтаний 
Пусть к Господу возносит глас. 

Так в неком городе вдовица, 
Я это ставлю вам на вид, 
Судом решила защититься 
От незаслуженных обид. 

Судья же не боялся Бога 
И не стыдился он людей, 
Но каждый день, сходя с порога, 
Не мог избегнуть встречи с ней. 

И он сказал себе: "Довольно! 
Хотя Сам Бог мне не указ, 
Но, чтобы мне жилось привольно, 
Ей помогу на этот раз". 

Коль так решил судья бесчестный, 
То разве Бог отринет прочь 
И силой не спасёт чудесной 
Его зовущих день и ночь? 

Словам всегда Я вашим внемлю, 
Не задохнётесь вы в петле. 
Но в день, когда вернусь на землю, 
Найду ли веру на земле?" 


XIV 


Когда же Пасха приближалась, 
Иисус сказал ученикам: 
"Уже недолго Мне осталось 
В миру быть с вами. Ко врагам 

Влеком Я буду на допросы, 
И дни Мои придут к концу. 
Но будут в радость ваши слёзы, 
Когда отправится к Отцу 

Мой дух. Вы ныне не вместите 
Всё, что имею вам сказать. 
Моё учение храните, 
Чтоб после людям передать". 

Тут Пётр и Иоанн спросили: 
"Где приготовить Пасху нам?" 
И указанья получили: 
"Идите к городским вратам 

И водоноса там найдите 
С кувшином. Поравняйтесь с ним 
И в дом вослед ему войдите 
Путём, известным вам одним. 

Хозяин дома перед вами 
Все двери настежь отворит, 
Покажет горницу с коврами, 
Где пировать нам предстоит. 

Там насладимся нашей пасхой, 
Сия - не худшая из зал". 
Они отправились с опаской, 
Но было все, как Он сказал. 

Когда ж настал последний вечер, 
Иисус с двенадцатью возлёг 
И молвил: "Век наш быстротечен. 
Теперь и вовсе не далёк 

Страданий час. Но чтоб умело 
Свой путь нелёгкий завершить, 
Осталось лишь одно Мне дело 
Средь вас сегодня совершить". 

И, верхнюю одежду снявши, 
Свободу чтобы дать рукам, 
Он, ковш и полотенце взявши, 
Стал ноги мыть ученикам, 

И им сказал: "Я в мир явился 
Не для того, чтоб в нём царить, 
А чтоб через Меня открылся 
Путь к Богу. Этим послужить 

Я должен людям, и душою 
Своей Я многих искуплю, 
И пусть пожертвую Собою, 
Но до конца не отступлю. 

Пример подал Я вам, Мне верным, 
Умыв вас собственной рукой. 
И тот, кто быть захочет первым 
Из вас, да будет всем слугой". 

Но тут Он духом возмутился: 
"Не всяк на верность Мне горазд, 
И сатана уж объявился: 
Один из вас Меня предаст". 

Они вскричали изумлённо, 
Их гневный трепет обуял, 
И каждый спрашивал смущённо: 
"Ужели это буду я?" 

Иисус сказал им: "Тот предатель, 
Кто ест из блюда Моего. 
А впрочем, начертал Создатель 
Все дни Мои до одного, 

И даже удивлён Я не был: 
Под этим небом всё старо, 
И тот, с кем Я делился хлебом, 
Продаст Меня за серебро. 

Наживой лёгкой он прельстился, 
Но Бог за всё ему воздаст, 
Да так, что лучше б не родился 
Тот, кто сейчас Меня предаст!" 

На чёрное отважась дело, 
Иуда рёк: "Не я ль, Равви?" 
Иисус сказал: "Иди же смело 
И воздух здесь оздорови!" 

И все простились со злодеем, 
Решив, что в город он идёт 
Для нужд хозяйства: казначеем 
Иуда был Искариот. 

Иисус, когда собранье ело, 
Взяв, преломил пред ними хлеб 
И рёк: "За вас ломаю Тело, 
Чтоб мир в базверьи не ослеп". 

И, чашу взяв, пустил по кругу, 
Сказав: "Мою вы пьёте Кровь. 
Примите это как поруку, 
Сколь велика Моя любовь. 

Отныне не возлягу с вами 
И песен с вами не спою, 
Доколе добрыми словами 
Не встречу в Отчем вас раю. 

Вы все жестоко соблазнитесь 
О Мне в сегодняшнюю ночь, 
А посему о том молитесь, 
Чтоб искушенье превозмочь". 

Тут Пётр сказал: "Но я не струшу, 
Тебе я верен, как и встарь, 
И за Тебя готов я душу 
Сложить на жертвенный алтарь!" 

- Положишь душу, говоришь ты, 
На плаху голову склоня? 
Не пропоёт петух, как трижды 
Ты отречёшься от Меня! 

Но впредь сердцами не смущайтесь, 
Пристало верой жить сердцам. 
Придя к 0тцу, не сомневайтесь, 
Я приготовлю место вам. 

Даю вам заповедь, блюдите 
Её во всякой день и час: 
Друг друга, дети, да любите, 
Как возлюбил Я прежде вас. 

Любовью той любить сумейте, 
Когда за преданных друзей 
Жизнь не щадят до самой смерти, 
Не спасовавши перед ней. 

И пусть никто не унывает, 
Не видя помощи вокруг: 
Кто Божье слово исполняет, 
Тот Мне и родственник, и друг. 

А чтоб не делать вас мишенью 
Для мира тягостных невзгод, 
0тец Мой скоро в утешенье 
Вам Духа истины пошлёт". 

Филипп сказал тогда: "Учитель! 
Чтоб наши укрепить сердца, 
Не нужен лучший утешитель, 
Чем вид Небесного Отца". 

- Но Я ни днём, ни вечерами 
Не закрывал от вас лица. 
Уж столько времени Я с вами, 
И вы не знаете Отца? 

Послал Отец Небесный Сына, 
Чтоб людям в Нём явить Себя. 
С Отцом духовно Мы - едино, 
Что ж непонятно для тебя? 

Всё, что сказал Я в мире этом, 
Не от Себя Я говорил. 
Я Сын Отца по всем приметам, 
И Он через Меня творил. 

Теперь же вы в сей мир идите, 
Я вас на это и избрал, 
И на Земле добро плодите, 
Чтоб Бог сторицей вам воздал. 

Я есть лоза, а вы есть ветки, 
Не забывайте же про то. 
Вы без Меня, как птицы в клетке, 
И не способны ни на что. 

Страшней змеиного укуса 
Пусть вас неверие страшит. 
Кто в мире верует в Иисуса, 
Тот больше дел Моих свершит. 

И пусть вас мир возненавидит, 
Как ненавидел он Меня. 
Мир лишь своё прекрасным видит, 
Себе он в том не изменял. 

Крест понесёте, спину сгорбив, 
Я в этом вас опередил. 
Вас в мире ждёт немало скорби, 
Но этот мир Я победил. 


XV 


Окончив речь, с учениками 
Пришёл Он в Гефсиманский сад, 
Чтоб со сложёнными руками 
Молитвой смыть сомнений яд. 

Тотчас, призвав Петра с Собою 
И Зеведеевых сынов, 
Сказал: "Я здесь сейчас открою 
Пред Богом сердце. Вы же снов 

Остерегайтесь. Вам отдельно 
Скажу: ночь эта Мне страшна. 
Душа Моя скорбит смертельно, 
Поддержка ваша Мне нужна". 

И отойдя, молился: "Отче! 
Из сердца Сына вынь копьё. 
Утешь Меня средь этой ночи, 
Узри страдание Моё! 

Ничто пред смертию не краше, 
Чем жизнь, кого ни вопроси. 
Когда возможно, эту чашу 
Отринь и мимо пронеси, 

Не потопи в тоске и боли 
Мои надежды и мечты! 
Но не Моя да будет воля, 
Да будет так, как хочешь Ты". 

Исполнен силы и здоровья 
Он был, со смертью повстречась, 
И пот Его казался кровью, 
Из сердца лившейся в тот час. 

Учеников Своих узрел Он 
Здесь спящими, и говорит: 
"Вы верность доказали делом! 
Земля от слез Моих парит, 

А ваша плоть мощнее духа, 
Вас придавило, как стеной. 
Но вот уж топот слышен глухо: 
Явились грешники за Мной". 

Тут в сад отряд солдат ворвался 
С Иудой, шедшим впереди. 
Он, подойдя, поцеловался 
С Иисусом, всех предупредив, 

Что Тот, Кого он поцелует, 
И есть им нужный Назорей. 
Таких вот сатана вербует 
Себе догадливых зверей! 

Иисус воскликнул: "Поцелуем 
Меня, Иуда, предаёшь? 
Каким же надо быть холуем!" 
Но Пётр вскричал: "Не пропадёшь!" 

И, вклинившись в толпу и с маху 
Ударив, ухо он отсёк 
Кайафину холопу, Малху, 
Мечом, который он извлек. 

Иисус сказал: "Из вас пусть всякий 
Оружье в ножны уберёт! 
Кто в руки меч возьмёт для драки, 
Тот от меча потом умрёт. 

Чтоб избежать предсмертных стонов 
И защитить мирскую честь, 
Я б мог двенадцать легионов 
Небесных Ангелов низвесть. 

Тогда отступят истязанья, 
И Отчей чаши Мне не пить. 
Но как же сбудутся Писанья? 
По ним должно всё это быть". 

К народу ж так сказал: "Прилюдно 
Учил Я в храме каждый день. 
Там взять Меня вам было трудно, 
А без свидетелей - не лень. 

И вот уж с кольями, с мечами 
Ко Мне стремите резвый бег, 
Спеша назваться палачами. 
Каков народ, таков и век!" 

Тут крепко воины связали 
Верёвкой руки у Него. 
Ученики тогда бежали, 
Иисуса бросив одного. 

Лишь Пётр пошёл вослед Иисусу, 
В Кайафин двор за Ним войдя, 
В себе еще не чуя труса 
И за событьями следя. 

Вдруг подошла одна служанка, 
Петра узнала в тот же миг 
И объявила людям: "Глянь-ка, 
Средь нас - Иисусов ученик! 

Преступной ересью увлёкся, 
А сам меж нами здесь сидит!" 
И Пётр при всех тогда отрёкся: 
"Она неправду говорит". 

Тогда сказали Иудеи: 
"Мы так не произносим слов, 
Так говорят лишь в Галилее. 
Ты был с Ним?" Пётр отрекся вновь. 

"Он был с Иисусом, я же знаю, 
Он ухо Малхово отсёк!" - 
Вскричал один. И Пётр, желая 
Спастись, испуганно изрёк: 

"С Ним не знаком я. В том порукой 
Пускай мне будет Божий Дух, 
Клянусь грядущей смертной мукой!" - 
И тут вдали запел петух. 

Тогда Учителя он снова 
На миг короткий увидал 
И, о себе вдруг вспомнив слово 
Иисуса, горько зарыдал. 

Иисус меж тем судим был люто. 
Кайафа учинил допрос: 
"Что за ученье, и откуда 
Ты к нам пришёл, и Ты ль - Христос?" 

Иисус сказал: "Учил Я в храме 
И слов от мира не скрывал, 
Что говорил Я между вами, 
Расскажет всяк, кто там бывал". 

Тогда слуга Его до боли 
Ударил, чтобы осрамить, 
Сказав: "Тебе мы не позволим 
Первосвященнику хамить!" 

Иисус сказал: "Хулу какую 
В словах Моих нашёл ты, раб? 
Я заподозрить уж рискую, 
Что суд на аргументы слаб. 

Но если добрым было слово, 
Что Я сказал меж вами, что ж, 
У вас ответа нет другого, 
Раз по лицу Меня ты бьёшь?" 

Тогда спросил Кайафа строже, 
Придя к заклятью от угроз: 
"Во имя Бога: Ты ль Сын Божий, 
Нам предвозвещенный Христос?" 

Иисус сказал: "Ты сам ответил, 
И Я одно добавлю лишь: 
Меня в оковах здесь ты встретил, 
На облаках потом узришь". 

Кайафа, разодрав одежды, 
Вскричал: "Поносит Бога Он!" 
И хором вторили невежды: 
"Да будет смертию казнён!" 

И по ланитам ударяли, 
И издевались как могли, 
И с хохотом в лицо плевали 
Спасителю всея Земли. 

Тогда Иуда отказался 
От денег, что он получил, 
Сказав: "Я хуже оказался, 
Чем Тот, Кто предан мною был". 

Вослед за этими словами 
Он сам приблизил свой конец 
И, тридцать сребренников в храме 
Швырнув, повесился подлец. 


XVI 


Иисуса между тем к Пилату 
Поутру в узах привели, 
Поскольку смертную расплату 
Исполнить сами не могли. 

К тому жена сказать послала, 
Когда он сел судить Его: 
"Во сне я много пострадала 
За Арестанта твоего. 

Толпы не слушай оголтелой, 
Внемли прошенью моему: 
Худого ничего не делай 
Правдоучителю Тому". 

Тогда Пилат сказал Иисусу: 
"Так что ж, Ты Иудейский царь? 
Мне не нужна сия обуза: 
Когда б Ты просто был главарь 

Бандитской шайки, я имел бы, 
Что в деле этом применить, 
Но государя не посмел бы 
Своею волей я казнить. 

Итак, Ты царь?" Иисус поправил: 
"Ты сам Царём Меня назвал. 
Когда б Я в этом мире правил, 
Уже бы рать Свою призвал. 

Моё же Царство не отсюда, 
Я был для истины рожден, 
И всяк из праведного люда 
Сочтёт Меня своим Вождём". 

Пилат сказал Ему: "Взываешь 
О правде средь скорбей и уз 
И неповинно здесь страдаешь. 
Но что есть истина, Иисус?" 

Потом он вышел к Иудеям, 
Сказав: "Вам ныне возвещу, 
Что, не сочтя Его злодеем, 
Я, бив, Иисуса отпущу". 

По приказанию Пилата 
Христа а преторию свели, 
И тут уж Римские солдаты, 
Его терзая, в раж вошли. 

Они сплели венец терновый 
И возложили на Него, 
И тканью яркою багровой 
Его укутали всего, 

И, в руку трость Ему вложивши, 
Пред Ним склонялися, глумясь: 
"Да здравствует преславно живший 
Великий Иудейский князь!" 

И оскорбленья изрекали, 
Не пропустив ни одного, 
И в очи чистые плевали, 
И били тростию Его. 

Затем Пилат к народу вышел, 
Иисуса выведя с собой, 
И так сказал: "У нас, я слышал, 
Есть осуждённый за разбой, 

Варавва. Пусть решит собранье, 
Кого из этих двух казнить, 
Кого же, ради состраданья, 
На праздник Пасхи отпустить". 

Тогда вскричали все: "Варавву 
Хотим, чтоб нам ты отпустил!" 
Пилат сказал: "Его по праву 
Я ко кресту бы пригвоздил. 

Что ж делать мне с Иисусом этим?" 
Толпа в ответ: "Распни Его! 
Вменится нам и нашим детям 
Пусть кровь Казнённого Того!" 

Пилат сказал: "Почто ж безвинно 
Его казнить мне, не пойму?" 
Народ взревел: "За Божья Сына 
Себя Он выдал. Смерть Ему!" 

Пилат же, возвратившись в залу 
Суда, Иисуса вопросил: 
"Откуда Ты? Недоставало, 
Чтоб Ты Посланцем неба был!" 

Иисус молчал. "Да что ж молчишь Ты? - 
Вскричал Пилат. - Успел забыть, 
Что тот, пред кем сейчас стоишь Ты, 
Имеет власть Тебя казнить?" 

Иисус остался безучастен, 
Хотя решилось всё давно: 
"Ты б не был надо Мною властен, 
Когда бы не было дано 

Тебе такое право свыше, 
И пусть ты бил Меня, казня, 
Но ты пред Богом чище вышел, 
Чем предающие Меня". 

Тогда Пилат, решив событья 
Исправить, вышел, говоря: 
"Хочу, однако ж, отпустить я 
Вам Иудейскою царя. 

Не в силах до сих пор понять я, 
За что вы гоните Его? 
Греха, достойного распятья, 
В Иисусе нет ни одного". 

В ответ священники сказали: 
"Вины довольно той сейчас, 
Что мы Тиберия признали, 
А Этот Царь порочит нас. 

Когда Его отпустишь, значит 
Не друг Тиберию и ты. 
Сюда другого нам назначат, 
У Рима хватит доброты!" 

И здесь Пилат, умывши руки, 
Решил: "Я сделал всё, что мог", 
И предал им Его на муки, 
А сам в отчаяньи умолк. 

Иисуса воины одели 
Опять в поношенный хитон 
И так на казнь идти велели, 
Заставив крест нести притом. 

Народа толпы ожидали, 
Где шёл Иисус, сомкнув уста, 
И громко женщины рыдали, 
Узрев страдания Христа. 

Он им сказал: "Не плачьте, жёны 
Ерусалимские, о Мне. 
Слышны здесь скоро будут стоны, 
И город ваш сгорит в огне, 

И Бог все ветви посжигает, 
Не приносящие плода. 
Когда зелёный дуб срубают, 
Что будет с высохшим тогда?" 

К развязке драма приближалась, 
Достигнув пика своего. 
Голгофой место называлось, 
Где путь закончился Его. 

Осатаневшее от злости, 
Пылало солнце в высоте, 
И здесь, забив в запястья гвозди, 
Христа распяли на кресте. 

Так, верный Богу, не идеям, 
Он, как Писания гласят, 
Был сопричислен ко злодеям 
И между двух из них распят. 

Ерусалим со злобным ликом 
Следил за Римским палачом, 
И чернь порадовалась крикам 
И крови, хлынувшей ключом. 

Но Он сумел, в пример всем прочим, 
Узрев врагов жестоких ряд, 
Произнести: "Прости им, Отче! 
Они не знают, что творят". 

В тот час над Ним была воздета 
Дощечка с надписью вины: 
"Сей есть Иисус из Назарета, 
Царь Иудейской стороны". 

И раны как огнём палило, 
И люд истошно голосил, 
И стража жребием делила 
Хитон, который Он носил. 

Ему кричали: "Эй. Спаситель! 
Сойди с креста, Себя спаси! 
А если Бог Тебе родитель, 
Его о чуде попроси!" 

Священство вторило: "Подмога 
К Нему, однако, не спешит. 
Казнить прилюдно Сына Бога 
Ужель Всевышний разрешит?" 

И даже с Ним казнимый рядом 
Его злословил в этот час, 
Травя сарказма горьким ядом: 
"Христос, спаси Себя и нас!" 

Другой же говорил собрату: 
"Иль не боишься Бога ты? 
С тобой достойную расплату 
Мы получили, на кресты 

Осуждены мы справедливо, 
А Сей безгрешен был, и Он 
Мог жить свободно и счастливо, 
Но был безвинно осуждён. 

Господь! Пусть милость не покинет 
Тебя, когда Ты в рай придёшь". 
Иисус сказал ему: "Уж ныне 
Со Мной туда ты попадёшь". 

Спустя же время, солнце скрылось 
Внезапно в тучах, свет погас 
И тьма на землю опустилась, 
Окутав страшный этот час. 

И с чёрной ночью стала схожа 
Средина траурного дня, 
И возопил Иисус: "О, Боже! 
Зачем оставил Ты Меня?" 

И грянул гром, что было мочи, 
Воспели Ангелы в раю, 
Когда Иисус промолвил: "Отче! 
Тебе Свой дух Я предаю". 

И вот, свершилось. Он скончался. 
И Римлянин, стоявший там, 
Сказал: "И вправду оказался 
Сей Человек сродни богам". 

И раздралась завеса в храме, 
Опоры вздрогнули столбов, 
И сотряслась земля, и сами 
Отверзлись входы у гробов! 

И только тут постигли люди, 
Сколь их деяния страшны 
И, возвращаясь, били в груди 
Себя, в сознании вины. 

Шипы из чёрного металла 
Омылись кровью мёртвых рук, 
И Мать Казнённого рыдала, 
Седея на глазах подруг. 

Иосиф, муж Аримафейский, 
Придя к Пилату ввечеру, 
Сказал: "Учитель Галилейский 
Уж мёртв. Позволь, я заберу 

С креста для погребенья тело, 
Его не должно оставлять". 
Пилат дозволил это дело, 
Чтоб чувств людских не оскорблять. 

И в новом склепе был положен 
Иисус, обвитый полотном, 
И вход в пещеру был заложен 
Большим тяжёлым валуном. 


XVII 


Спустя две ночи, утром рано, 
К пещере женщины пришли, 
И камень этот, как ни странно, 
Они отваленным нашли. 

Тогда Мария из Магдалы 
Вошла с тревогою во склеп 
И там сиянье увидала 
Такое, что на миг ослеп 

Взор девы. Два небесных мужа 
В одеждах белых были здесь. 
"Тебе Иисус распятый нужен? - 
Они сказали, - Он воскрес!" 

Она застыла в изумленьи: 
Склеп без Иисуса пустовал, 
Но глас Его через мгновенье 
Её по имени назвал. 

И, обратясь, она узрела, 
Что перед ней стоит живой 
Иисус, вошедший снова в тело, 
И ей кивает головой. 

"Учитель!" - вскрикнула девица 
И пала под ноги Его, 
Не в силах более дивиться, 
Сказать не в силах ничего. 

Он рёк: "Ко Мне не прикасайся, 
Я к Богу ныне восхожу. 
Быстрее к братьям отправляйся, 
Я путь им вскоре укажу". 

Мария, вне себя от счастья, 
Помчалась скоро как могла, 
Но ни доверья, ни участья 
Среди собратьев не нашла. 

В тот день в селение Эммаус 
Шли двое из учеников. 
Негодованье в них вздымалось, 
Что так трагичен и суров 

Конец Иисуса был. И вскоре 
Он Сам в дороге к ним пристал, 
Но не был узнан в разговоре: 
Господь глаза их удержал. 

Он их спросил: "О чём ведете 
Вы речь в прекрасный этот день, 
И что печально так бредёте, 
Зачем на лицах ваших тень?" 

Тогда один из них, Клеопа, 
Сказал Иисусу: "Оттого 
Грустны с товарищем мы оба, 
Что потеряли своего 

На днях Учителя, Иисуса, 
Который сильный был пророк, 
Но вот священству не по вкусу 
Пришёлся, и безмерно строг 

Был суд над Ним. И осудили 
Его на смерть всезнайки те, 
И после к древу пригвоздили, 
И Он скончался на кресте. 

Мы думали, Он Избавитель 
Израиля, но вместе с тем 
Три дня во гробе наш Учитель 
И нет надежды нам совсем. 

Хотя сегодня подивились 
Мы Магдалининым словам. 
Она сказала, ей явились 
Во склепе Ангелы, и там 

Предстал ей будто Сам Учитель, 
Воскресший волею Творца." 
Тогда сказал им Обличитель: 
"0, верой скудные сердца! 

Христос обязан был во славу 
Через страдания войти, 
С тем, чтоб бессмертие по праву 
Для всех спасённых обрести". 

И здесь, начав от самой Торы, 
Он по Писаньям разъяснил, 
Что беззаконья и раздоры 
Своею смертью Он казнил. 

Когда ж пришли они к селенью, 
Он путь собрался продолжать, 
Но, уступивши их моленью, 
Себя позволил задержать. 

И, в дом войдя, возлёг Он с ними, 
Хлеб преломил и им подал, 
Был узнан этими двоими, 
Но в тог же миг невидим стал. 

Они ж рекли: "Иль не горело 
В нас сердце, силясь говорить: 
Кто б мог так просто и умело 
Нам все Писанья изъяснить?" 

И оба разом с места встали, 
В Ерусалим опять пришли 
И тотчас братьям рассказали, 
Как разговор с Христом вели. 

Тут Сам Иисус средь них явился, 
Хотя был крепко заперт дом, 
И страх в их сердце затаился: 
Они согласны были в том, 

Что видят духа. "Мир вам, братья! - 
Ученикам Христос сказал, - 
Вас не пытаюсь напугать Я, - 
И, протянув, Он показал 

Свои им руки, - Осяжите, 
Коль к слову вера в вас мала, 
И, поразмысливши, скажите: 
У духов - разве есть тела?" 

Они, от счастья слёзы пряча, 
Не смели звука произнесть. 
И, чтоб уверить их иначе, 
Он принести велел поесть. 

Ему подали мёд и рыбу. 
Отведав пищи, Он сказал: 
"Я должен был на эту дыбу 
Взойти, Я это предсказал, 

И есть другие предсказанья 
Пророков древних обо Мне". 
И научил их знать Писанья 
И смысл их разуметь вполне. 


XVIII 


Фомы же не было там с ними, 
И после рёк он средь друзей: 
"Пока глазами я своими 
Ран не увижу от гвоздей 

И не вложу свои в них пальцы, 
Вам не поверю я, хоть плачь! 
Не возвращаются страдальцы, 
Которых снял с креста палач". 

Чрез восемь дней Иисус явился 
И маловера подозвал, 
И, чтоб вполне тот убедился, 
Ему Он руки показал: 

"Вид этих рук пускай развеет 
Сомненья твоего ума, 
И слышащий да разумеет: 
Не будь неверящим, Фома!" 

Фома Иисусу поклонился: 
"Прости меня, Господь и Бог! 
За то, в чём прежде усомнился, 
Отдам теперь я каждый вздох!" 

Иисус сказал: "Из гроба выйдя, 
Твоё неверье Я унял. 
Блаженны, кто, Меня не видя, 
Поверят всё-таки в Меня". 

Поздней, в Тибериадском море, 
Ученики бросали сеть, 
Чтоб свежей рыбы на просторе 
Добыв, к обеду разогреть. 

Но ночь не принесла улова, 
И был уж берег недалёк, 
Когда с него раздалось слово: 
"Закиньте сеть ещё разок". 

Они послушались совета, 
И сеть едва не прорвалась 
От рыбы. Иоанн на это 
Сказал: "Уж видно, удалась 

Нам эта штука не спонтанно: 
Господь стоит на берегу". 
И Пётр, услышав Иоанна, 
Воскликнул: "Ждать я не могу!" - 

И вплавь он к берегу пустился; 
Ученики ему вослед 
На лодке прибыли. Дымился 
Там костерок, и на обед 

Их хлеб и рыба ожидали, 
И Сам Иисус их угощал. 
Светлели розовые дали, 
И хворост весело трещал. 

Когда ж обед они вкушали, 
Иисус спросил Петра: "Скажи, 
Ты за Меня как и вначале 
Не пожалеть готов души?" 

Пётр отвечал: "Так, Агнец Божий! 
Тебя люблю я, как всегда". 
Иисус сказал ему: "Ну что же, 
Паси овец Моих тогда". 

Чуть позже снова вопрошает 
При всех Иисус его о том, 
И так же Симон отвечает, 
Клянясь в любви перед Христом. 

И словно свистнула нагайка, 
Когда опять спросил Христос: 
"Ионин Симон, отвечай-ка, 
Меня ты любишь ли всерьёз?" 

Тут Пётр заплакал от печали: 
"Тебя люблю я, как никто. 
Меня не раз уж обличали 
Укоры совести за то, 

Что трижды я посмел отречься, 
Когда Совет Тебя судил. 
Хотел спастись и уберечься, 
А сам в ловушку угодил". 

Тогда сказал Иисус: "Довольно. 
Тебя Я слышать не хочу. 
Настанет срок, ты подневольно 
Подставишь руки палачу 

И в смертной муке стиснешь веки, 
Чтоб не клевало вороньё, 
И оправдаешься навеки 
За отречение твоё!" 

Затем, взойдя на гору с ними, 
Ученикам Он так сказал: 
"Пребудьте во Ерусалиме, 
Доколе, как Я обещал, 

Не облечётесь силой свыше: 
Святого Духа вам пошлю. 
Он возвестит вам, что услышит, 
И скажет то, что Я велю. 

И, получив Его, идите, 
Крестя себе учеников, 
И в мир Евангелье несите 
И очищенье от грехов. 

Я всякой властью обладаю 
И на земле, и в небесах, 
И вместе с вами обитаю 
Во всех столетьях и часах". 

Потом, с поднятыми руками 
Благословив учеников, 
Он прямо перед их глазами 
Вознёсся выше облаков. 

Ученики пред Ним склонились 
С восторгом пламенным живым 
И с ликованьем возвратились, 
Как Он велел, в Ерусалим. 

И были в храме, прославляя 
Иисуса и Его дела 
И благодати ожидая, 
Что им обещана была. 

Немало я, другим подобно, 
Здесь дел Иисуса опустил, 
Но если все писать подробно, 
То мир тех книг бы не вместил. 

Вот, лист последний мы открыли, 
И я прошу, придя к концу, 
Чтоб снисходительны вы были 
К столь неумелому писцу. 

Книг без изъяна не бывает, 
И Слово прямо говорит, 
Что буква - только убивает, 
Один лишь дух животворит. 

Аминь. 


Описание работы:
Полное поэтическое переложение Евангельской истории. Октябрь-декабрь 1996 г. Саратов, Россия.


Голосование:
За - 0 Против - 0
Авторизуйтесь для голосования
Комментарии к работе
Нет комментариев
В Мы ВКонтакте
f Мы в Facebook
Сталкер Зона Творчества

Закрыть окно